Плуг наткнулся на тяжёлую цепь возле реки, а её происхождение оказалось настоящей загадкой

До последнего дня получения главного приза оставалось меньше двух суток. Утром Богдан взял копии документов, записал со слов Лидии подробности угроз и отправился в региональное следственное управление. На этот раз он ничего не скрывал. Рассказал о цепи, найденном портфеле, исчезновении Павла, машинах возле дома и людях, карауливших у квартиры.

Следователь внимательно изучил бумаги и несколько раз уточнил последовательность событий. История звучала невероятно, но документы, заявление Лидии и прямые угрозы кредиторов давали основание возобновить поиски уже в другом порядке.

— Мы начнём производство по факту возможного насильственного исчезновения Павла Бондаренко, — сказал он. — Однако официально признать его умершим немедленно невозможно. Для такого решения нужны расследование и суд, а это не делается за два дня.

— Нам хотя бы нужна справка, что дело принято и есть основания опасаться за его жизнь, — попросил Богдан. — Иначе семья потеряет три миллиона уже завтра.

Следователь задумался, снова просмотрел копии и согласился оформить подтверждение о начале расследования. Он не обещал, что организаторы лотереи примут документ вместо свидетельства о смерти, но считал случай исключительным и советовал обратиться к ним немедленно.

Богдан вернулся за Лидией, и они забрали из тайника оригинал самого крупного билета, удостоверение Павла и остальные необходимые бумаги. В главном офисе лотереи женщина предъявила свидетельство о браке, документы детей, справку следствия и заявление о пропаже мужа. Сотрудники долго сверяли подписи и номера, после чего созвали специальную комиссию.

Ожидание растянулось больше чем на два часа. За закрытой дверью юристы обсуждали, можно ли сохранить приз за семьёй при отсутствии окончательного судебного решения. Они связывались с консультантами, проверяли правила и оценивали риск того, что Павел однажды вернётся и сам потребует деньги. Лидия сидела, сжимая ладони, и смотрела на часы. До закрытия офиса оставалось всё меньше времени.

Сотрудники несколько раз выходили за уточнениями: просили оригиналы, сверяли даты тиража, заново снимали копии свидетельств и проверяли, когда поступило первое заявление об исчезновении. Каждая такая просьба казалась Лидии предвестием отказа. Богдан напоминал ей, что решение ещё не принято, хотя сам видел, как минутная стрелка приближается к концу рабочего дня.

Наконец председатель комиссии пригласил их войти. Организаторы согласились выплатить три миллиона супруге пропавшего владельца как исключительную меру. Лидия должна была нотариально подтвердить, что вернёт полученную сумму, если Павел объявится живым и оспорит выплату.

— Я подпишу такое обязательство, — ответила она, не раздумывая. — Мне важно только сохранить то, что он оставил детям.

Документы оформили в тот же день. За несколько часов до окончания срока на имя Лидии провели выплату в размере трёх миллионов. Когда банковское подтверждение оказалось у неё в руках, женщина долго не могла произнести ни слова. Самый большой выигрыш удалось спасти буквально в последний момент…