Пока свекровь обещала деверю закрыть ипотеку, риелтор по телефону уже обсуждал моё выселение. Тогда я решила вмешаться
Лицо Богдана вытянулось. Он заморгал, словно сказанное причиняло ему физическую боль, и сразу вспомнил о спине. Потом заявил, что создан для умственной работы и занят разработкой стратегии, а кирпичи с лопатой совершенно не соответствуют его способностям. Тарас выслушал эти возражения без малейшего сочувствия.
— Твоя стратегия закончилась тем, что Яна выставила вещи в подъезд, а мать полезла красть документы у родственников. Пять лет ты жил за счёт жены. Теперь она поставила условие, и оплачивать свою квартиру ты будешь сам. Бери лопату и выплачивай ипотеку — другого решения нет.
Он добавил, что из их семейного бюджета Богдан больше не получит никаких денег. Фразу о новых попытках тянуть средства из матери Тарас не закончил, но сжатого кулака оказалось достаточно. Богдан молча отступил в коридор. Зато Людмила Петровна взвизгнула, назвала младшего сына подлецом и возмутилась тем, что человека с высшим образованием отправляют на стройку, где над ним наверняка будут смеяться.
— Образование у него незаконченное, — холодно напомнил Тарас. — Пусть заодно применит его при выравнивании траншей.
— Пойдём, Олеся. Нам здесь больше нечего делать, — сказал Тарас, и супруги начали молча одеваться в прихожей. Людмила Петровна стояла у стены, держалась за грудь и бросала им вслед проклятия. В распаде семьи она обвинила жадную невестку, которая якобы настроила сына против родной матери, а напоследок объявила, что больше никогда не переступит порог их дома. Захлопнувшаяся дверь оборвала этот поток слов.
На улице тянуло прохладой. Олеся прижимала к груди возвращённую папку, пока Тарас искал ключи от машины. Он признал, что сам слишком долго закрывал глаза на материнские разговоры и надеялся, будто всё ограничится недовольным ворчанием. Олеся молча села рядом. Домой они ехали с неожиданным ощущением лёгкости: копившаяся месяцами проблема наконец вскрылась, пусть и самым неприятным способом.
На следующее утро Богдан, как и ожидалось, у проходной не появился. Тарас не стал выяснять причины и даже не позвонил ему — ответ был очевиден заранее. Минуло две недели, и в субботу утром в дверь супругов настойчиво позвонили…
