После роддома я узнала, что муж снял все декретные деньги ради поездки с матерью, но в аэропорту их ждал неожиданный сюрприз

Теперь у неё впереди была новая жизнь, чистая, как этот первый снег. Жизнь после суда не стала сказкой, но она стала другой, настоящей. Первым делом Оксана подала на развод.

Максим не возражал. Они развелись быстро, без скандалов и дележа имущества. Делить, по сути, было нечего.

Всё, что у них было, — это съёмная квартира и гора общих воспоминаний, которые Оксана хотела поскорее выбросить, как старый хлам. Она стала жить у деда. Павел Андреевич был не против.

— Живи сколько нужно, — сказал он.

— Квартира большая, места всем хватит. А мне с правнуком веселее.

Дед оказался прекрасной нянькой. Он гулял с Кирюшей, читал ему книжки, которые сам же и покупал, учил огукать. Оксана, получив такую поддержку, смогла наконец-то выдохнуть и заняться собой.

После завершения разбирательства Оксана восстановила доступ к возвращённым 800 000. Первым делом она отдала долг маме и деду.

— Не надо, — отмахивался дед.

— Надо, — настаивала она.

— У нас всё должно быть по-честному.

Она снова начала искать работу на фрилансе.

На удивление, старые клиенты, узнав о её ситуации, не отвернулись. Наоборот, подкинули несколько срочных проектов. Оксана работала по ночам, когда Кирюша спал.

Днём занималась с сыном, гуляла, ходила по магазинам. Постепенно жизнь входила в свою колею. Про Максима и Ларису Николаевну она ничего не слышала и слышать не хотела.

Знала только от общих знакомых, что они съехали со съёмной квартиры и перебрались в однокомнатную квартиру Ларисы Николаевны на окраине города. Максим долго не мог найти работу. Условный срок и судимость портили любую анкету.

Перебивался случайными заработками, таксовал по ночам. Лариса Николаевна уволилась из поликлиники, не смогла вынести косых взглядов коллег. Сидела дома, смотрела сериалы и, по слухам, начала попивать.

Оксана не злорадствовала, ей было всё равно. Она строила свою жизнь, кирпичик за кирпичиком. Через полгода она накопила достаточно денег, чтобы съехать от деда.

Она сняла небольшую, но уютную двухкомнатную квартиру в новом доме, недалеко от парка. Сделала там лёгкий косметический ремонт, купила новую мебель.

— Уверена, что справишься одна? — спросил дед, когда помогал ей перевозить вещи.

— Уверена, — кивнула она.

— Спасибо тебе, дедушка, за всё. Если бы не ты…

— Справилась бы, — перебил он её.

— Просто было бы дольше и труднее. Ты сильная, внучка, не забывай об этом.

Они переехали.

Новая квартира, новая жизнь. Кирюша уже подрос, начал ползать, пытался вставать, держась за опору. Оксана работала, растила сына, встречалась с подругами.

Она научилась быть счастливой в одиночестве. Ей больше не нужен был мужчина, чтобы чувствовать себя полноценной. Однажды, гуляя с коляской в парке, она столкнулась с Максимом.

Он шёл ей навстречу, ссутулившись в старой потёртой куртке. Увидев Оксану, он остановился. Она тоже.

— Привет, — сказал он.

— Привет.

Он заглянул в коляску.

— Это Кирилл?

— Да.

— Большой уже.

Он попытался улыбнуться, но вышло жалко.

— Можно…

Он протянул руку, чтобы потрогать сына, но Кирюша, увидев незнакомого дядю, нахмурился и заплакал.

— Не надо, — сказала Оксана.

— Он тебя не знает.

Максим отдёрнул руку.

— Понятно. Как вы?

— Нормально. А ты?

— Тоже, — соврал он.

Видно было, что дела у него идут неважно. Похудел, осунулся, под глазами тёмные круги.

— Слушай, Оксан, я хотел извиниться. По-настоящему. Я тогда был не в себе. Мама… Она всегда умела на меня влиять.

— Знаю, — кивнула Оксана.

— Но ты взрослый мужчина, Максим, и сам отвечаешь за свои поступки.

— Я знаю.

Он опустил голову.

— Я всё испортил. Можно я буду хоть иногда видеться с сыном?

Оксана задумалась.

— Когда он подрастёт и сам сможет решить, хочет ли он тебя видеть, — сказала она. — А пока нет. Я не хочу, чтобы он общался с человеком, который способен обокрасть собственную семью.

— Но я же…

— Всё, Максим, — прервала она его. — Мне пора.

Она развернула коляску и пошла прочь.

Она не обернулась, но чувствовала его взгляд в спину. Было ли ей его жалко? Наверное, немного, но она знала, что поступила правильно. Её сын заслуживал лучшего отца…