После случившегося на выпускном мать девушки заставила всех иначе посмотреть на эту историю

Четыре утра.

«Спокойно, — приказала она себе. — Мама ждёт только утром. Сейчас она ещё не волнуется».

Именно эта способность собраться, когда внутри всё рушилось, помогла ей подняться. Она поправила платье, насколько смогла, взяла сумку и вышла из кабинета.

Со стороны основной площадки ещё доносились музыка и голоса. А вот двор за зданием казался пустым, будто там давно ничего не происходило. Алина медленно пошла к выходу.

Почти у самой двери она услышала девичий смех.

— Вот тебе и примерная, — с торжеством сказала Оксана.

— Четверых порадовала, — ядовито ответила Яна. — Зато теперь не будет липнуть к чужим парням.

Алина замерла.

Она почти не общалась с этими девочками, но знала, что Яна раньше встречалась с Мироном. И вдруг всё сложилось. Это не было случайностью. Не просто пьяная жестокость. Кто-то решил, что её можно наказать. Кто-то подтолкнул, устроил, позволил.

Дышать стало трудно.

«Как можно? — думала она. — Даже слово “жестокость” слишком человеческое для такого. Здесь будто людей вообще не было».

О Мироне она почти не думала. Где он был? Испугался? Ушёл? Знал? А если кто-то снимал всё на телефон? От этой мысли её будто ударило под рёбра, и Алина едва не согнулась.

Она шла домой по пустым улицам и плакала. Не тихо, не красиво, не так, как плачут в кино, а рвано, страшно, беззвучно ломаясь изнутри.

Дома она открыла дверь своим ключом, прокралась в ванную и долго стояла под струями воды, будто могла смыть не только чужие прикосновения, но и саму память. Потом легла и провалилась в тяжёлый, мутный сон.

Когда Алина проснулась, Надежда Ивановна уже ушла на работу. Дома был только Илья.

— Ну что, выпускница, как отметила? — спросил он, когда сестра вошла на кухню и налила себе кофе.

Алина поставила чашку на стол. И вдруг разрыдалась.

Илья растерялся.

— Алинка, ты чего? Тебя кто-то обидел?

Она кивнула, закрывая лицо ладонями.

— Кто?