Пожилой мужчина остался без помощи, и студентка не прошла мимо, хотя сама почти ничего не имела
— Нет, — ответила Марьяна. — Мы просто перестали стоять внутри того, что ты уже сломал.
Пока они говорили, хлопнула входная дверь. Оксана ушла не попрощавшись.
На лестничной площадке её ждал Роман. Он подхватил сумку и тревожно заглянул ей в лицо.
— Сильно ругались?
— Не хочу об этом, — выдохнула она. — Мне девятнадцать. Найду подработку, буду учиться, справлюсь. Главное — не возвращаться.
— Мы справимся, — сказал он.
Сначала Оксане казалось, что она действительно вырвалась. Но со временем отношения с Романом изменились. Он стал холоднее, чаще задерживался, отводил глаза, когда она задавала вопросы. В ней росло неприятное подозрение. Однажды она сказала, что придёт поздно, а сама вернулась раньше. Тихо открыла дверь, прошла в коридор и услышала из комнаты звуки, после которых всё стало ясно.
Она приоткрыла дверь и увидела Романа с её подругой. Внутри будто что-то оборвалось, но вместе с болью пришла странная ясность. Оксана уже работала, снимала жильё и могла содержать себя сама. Унижаться она не собиралась.
— Собирайте вещи и уходите, — сказала она холодно.
Они вскочили, ошарашенные, не ожидавшие её появления. Роман попытался что-то объяснить, шагнул к ней, но Оксана подняла руку, останавливая.
— Не надо. Я всё видела. На выход.
Он понял, что уговоры бесполезны. Быстро собрал свои вещи и ушёл вместе с той, кого Оксана ещё недавно называла подругой.
После этого стало особенно тяжело. Днём она училась, вечерами и ночами работала в кафе. Денег всё равно едва хватало. Иногда она приходила в пустую квартиру под утро, падала на кровать и думала, что сил больше нет. Но возвращаться домой не хотела ни за что.
«К отцу не пойду, — упрямо повторяла она про себя. — Пусть сидит со своей правдой один. Он испортил мне столько лет. И мама тоже хороша: могла бы остановить его, а всё старалась сгладить, промолчать, угодить, лишь бы дома не было скандала».
Однажды вечером Оксана ехала на работу в автобусе. Салон был полупустой, за окнами уже темнело. На очередной остановке началась ссора между кондуктором и пожилым мужчиной. Кондукторша говорила грубо, даже зло, а старик виновато мял в руках шапку.
— Поймите, я деньги дома оставил, — оправдывался он. — Видно, случайно выложил. Мне нельзя здесь выходить, я к дочери еду. Ночь уже, место незнакомое. Довезите, пожалуйста, я завтра верну. Я номер автобуса запомню, всё отдам.
— Много вас таких, — резко ответила женщина. — Или платите, или выходите.
— Да куда же я пойду? Посмотрите на меня. Старый человек, один, без денег…
— Мне всё равно. Проезд оплачивать надо.
Оксана смотрела на них, и внутри у неё болезненно сжалось сердце. У самой в кармане оставались последние деньги, мелочь на завтрашний перекус. До аванса было ещё два дня. Но лицо старика, его растерянность и унижение оказались сильнее расчёта.
Она поднялась, подошла к кондукторше и протянула деньги.
— Возьмите за него.
Та подозрительно посмотрела.
— Уверена?
