Пятилетний наследник миллиардера каждый раз пугался при появлении бабушки, и врач решил выяснить причину

Той ночью Максим снова остановился у стекла двенадцатой палаты. Назар лежал на боку и не спал. Увидев врача, он не испугался, а едва заметно пошевелил пальцами, подзывая его. Женщина задержалась в конце коридора: говорила по телефону приглушённым голосом, и её обычный двадцатиминутный перерыв ещё не начался.

Максим сел возле кровати. Под простынёй мальчик выглядел таким лёгким, словно даже ткань была для него тяжёлой. На вопрос, больно ли ему, Назар кивнул, а затем почти беззвучно сказал, что та женщина злая и никакая она не бабушка.

— Я тебе верю, — ответил врач.

Настоящая бабушка, объяснил ребёнок, пахла тёплыми булочками. От этой всегда пахло аптекой, а глаза казались холодными. Маленькие пальцы вцепились в рукав белого халата. Назар попросил дядю доктора не уходить: когда врач находился рядом, женщина не доставала свою баночку.

Врач накрыл детскую ладонь своей. Она полностью скрылась в его руке.

— Я вытащу тебя отсюда, слышишь? Тебе нужно продержаться совсем немного.

В коридоре оборвался разговор и послышались приближающиеся шаги. Максим поправил одеяло и вышел за мгновение до появления опекунши. Они обменялись долгим молчаливым взглядом. Женщина заняла привычное кресло, выпрямила спину и сложила руки на коленях, а мальчик у стены снова сжался, стараясь стать незаметным.

У сестринского поста Максим раскрыл свежие анализы. Показатели печени стремительно ухудшались, почки почти перестали справляться, цифры одна за другой опускались к критическим значениям. Осторожная запись заведующего внизу листа означала только одно: ребёнок может не пережить эту ночь или следующую. Счёт шёл уже не на месяцы и даже не на дни — у Назара оставались часы.

Максим несколько раз перечитал прогноз, хотя смысл не менялся. Перед ним оставались два одинаково страшных знания: официальные меры не успеют, а женщина снова получит возможность приблизиться к мальчику, едва палата опустеет. Врач закрыл папку, но ещё долго не осмеливался назвать свой выбор даже самому себе…