Случайная находка на кладбище заставила могильщиков остановить работу и позвать свидетелей
Она пыталась дышать ровно, но не получалось. Мысли о детском гробе, о Лилии, о Марии метались в голове, не давая передышки. Усталость накатила внезапно, тяжёлой волной. Нина закрыла глаза и провалилась в сон.
Мария приснилась ей такой, какой лежала сегодня в гробу. Бледное лицо, тихо опущенные уголки губ, неподвижные тонкие руки. Только глаза были живыми — тревожными, холодно блестящими.
Она протянула руки к Нине.
— Если моя девочка жива, найди её, Ниночка, — прошептала Мария. — Не дай моей душе скитаться без покоя.
Нина вздрогнула и проснулась.
В комнате было темно. Сердце билось быстро, будто она действительно услышала голос Марии не во сне, а рядом, у самого лица.
— Я найду, — сказала Нина едва слышно. — Если это правда… я должна узнать.
Она поднялась и начала искать. В шкафу, между старыми платками и аккуратно сложенными вещами, нашёлся пожелтевший фотоальбом. Нина вынула его осторожно, как хрупкую реликвию, и села у окна.
С первых страниц на неё смотрела маленькая Мария. Девочка с огромным бантом, тонкими руками и серьёзными глазами. Потом — подросток. Потом — молодая девушка, красивая, худенькая, темноволосая. Нина вдруг поймала себя на странной мысли: Мария в молодости была похожа на неё саму. Тот же овал лица, тот же взгляд — открытый, доверчивый, немного испуганный перед большим миром.
На многих фотографиях рядом с Марией стояла светловолосая девочка. Потом девушка. Они были вместе в детстве, в школьные годы, на прогулках, на праздниках, даже на свадьбе Марии и Андрея.
На обороте одного снимка сохранилась выцветшая надпись:
«Дорогой Маше от Веры. На долгую память».
Нина долго перебирала фотографии, пытаясь найти в них ответ. Часы давно перевалили за полночь, но она всё сидела над альбомом. Имя Веры цеплялось за сознание. Почему-то ей казалось важным, что именно эта девушка так часто была рядом с Марией.
Под утро Нина снова задремала.
Разбудил её громкий стук в дверь. Она вздрогнула всем телом, не сразу понимая, где находится.
На пороге стояла Тамара, соседка Марии.
— Ниночка, это ты здесь? — спросила она, заглядывая в комнату. — Я услышала шорох. Подумала, вдруг кто чужой забрался. Дом теперь пустой, мало ли…
— Это я, Тамара. Не волнуйтесь…
