Свекровь приехала на юбилей золовки за рулём моего кроссовера, но через пятнадцать минут во дворе появилась ещё одна машина

Оксана заполняла электронные карты, отбиваясь от пациентов, желающих исцелиться подорожником, но с применением высокотехнологичного оборудования. Первой на прием вкатилась Галина Степановна, женщина габаритов солидного платяного шкафа, уверенная, что ее печень ночью тайно мигрирует в район левой пятки.

— Говорю вам, доктор, она прям булькает во время ходьбы, — басила пациентка, поправляя шаль, похожую на рыболовную сеть.

— Галина Степановна, печень анатомически прочно зафиксирована. Булькает у вас вода в колене, и мы это уже лечим. — Оксана постучала пальцами по клавиатуре. — Режим соблюдаете? Компрессы делаете?

— Делаю, делаю. Слышь, Оксан, а ты чего бледная такая? Муж обижает? Ты скажи, у меня внук — золото, а не парень. Работает установщиком дверей, руки золотые. Мозгов, правда, нет, зато покладистый.

— У меня свой такой же дома на диване лежит. Спасибо, Галина Степановна, одного хватает, — усмехнулась Оксана, протягивая рецепт.

Смена тянулась как пережеванная ириска. Между пациентами Оксана прокручивала в голове события последних недель.

Свекровь Людмила Васильевна в последнее время зачастила в ее двухкомнатную квартиру. Приходила без звонка, открывая дверь своим ключом, который Роман отдал маме на всякий пожарный. Эти визиты больше напоминали инвентаризацию в супермаркете.

Людмила Васильевна придирчиво щупала шторы, цокала языком при виде дорогой кофемашины и регулярно заводила шарманку о том, что Мариночка-бедняжка ютится в съемной однушке, пока некоторые тут жируют на широкую ногу. К пяти часам вечера Оксана чувствовала себя выжатым лимоном. Скинув халат, она вызвала такси.

Ехать за машиной домой не было смысла. Роман должен был пригнать ее прямо к ресторану «Золотой оазис», где семья планировала закатить пир на весь мир. К подъезду поликлиники подкатил уставший желтый седан.

Водитель, колоритный дядька с усами, похожими на щетку для обуви, приветливо кивнул.

— В «Оазис». Гуляем, значит?

— Пытаемся выжить, — философски отозвалась Оксана, плюхнувшись на заднее сиденье.

Поездка заняла почти час из-за сломавшегося на перекрестке троллейбуса, который перекрыл движение почище бетонного блока. В окне ползли серые многоэтажки, а телефон в сумочке Оксаны разрывался от сообщений в семейном чате. Золовка Мариночка строчила послание со скоростью пулемета, требуя, чтобы все гости были вовремя, иначе энергетика праздника будет испорчена…