Свекровь распорядилась моей икрой как своей и велела оставить её гостям, но я решила иначе

Фраза повисла в воздухе. Это был даже не щелчок по носу. Это была откровенная пощёчина. Ирина моргнула.

Пожевать картошки? В своей квартире? В кухню гурьбой ввалились братья во главе с Сергеем. Максим — худой, вертлявый, с бегающими глазами вечного должника. Антон — плотный, румяный, похожий на раскормленного хомяка-переростка.

— Опа, вот это поляна! — Антон тут же зацепился взглядом за двухлитровую банку в центре стола. — Маман, моё почтение. Серёжа, ну ты подтянулся. Красную икру ложками лопаешь.

— Да это так, разминка. — Сергей самодовольно приосанился, словно сам лично метал эту икру всё утро. — Проходите, пацаны, располагайтесь.

Ирина шагнула наперерез Антону, который уже тянул пухлую ладонь к святая святых.

— Руки убрал, — тихо, но очень веско сказала она. — Банка уходит в холодильник. Гости жуют картошку.

Возникла пауза. Братья переглянулись. Сергей нахмурился, чувствуя, как его авторитет радушного хозяина трещит по швам.

Раиса Павловна фыркнула.

— Мальчики, не обращайте внимания, у неё опять ПМС, наверное, жаба душит.

— Ир, ты что позоришься? — Сергей шагнул вперёд, пытаясь отодвинуть жену. — Дай сюда.

Поняв, что Ирина сейчас действительно заберёт свою банку и праздник живота отменится, братья мгновенно включились в процесс. Инстинкт стервятников. Если добычу уносят, надо атаковать стаей.

Максим, как самый юркий, подскочил сбоку, ловко просунул руку мимо Ирины и схватил тяжёлую стеклянную тару.

— Опа! Перехват! — радостно взвизгнул он и отскочил назад.

— Эй, аккуратнее! — крикнула Раиса Павловна, но в её голосе звучало скорее одобрение, чем тревога за сохранность чужого имущества.

Ирина замерла. Она стояла возле столешницы и смотрела на трёх взрослых мужиков, которые вдруг превратились в стаю бабуинов, нашедших блестящую игрушку.

— Верни на стол, Максим! — произнесла Ирина. Тон был ровным, без единой истерической ноты.

— А ты догони! — заржал Максим и кинул тяжёлую, пузатую банку Антону.

Тот неуклюже поймал её обеими руками, крякнув от веса. Два литра плюс толстое стекло — это снаряд весом почти в три килограмма.

— Давай, Серёжка! — рявкнул Антон и перекинул банку брату.

Они устроили глумливую игру с перекидыванием.

— Ну-ка, отними! — гоготали они, подпрыгивая и передавая драгоценный груз из рук в руки прямо над головой Ирины. А Раиса Павловна стояла у плиты и довольно посмеивалась, прикрывая рот ладонью…