Сын попросил отца не приезжать перед Новым годом, но визит без предупреждения раскрыл тревожную правду

За подсобным помещением была дверь в подвал. Павел лежал на том же месте. Николай присел рядом, включил видео на телефоне и направил камеру на сына.

— Смотри в объектив. Говори спокойно. Назови себя, сегодняшнее число и расскажи, что с тобой сделали.

— Пап, я не могу…

— Можешь. Соберись.

Павел облизнул сухие губы и заговорил хрипло, с паузами. Он рассказал, кто его удерживает, чем его кололи, чего требовали, как пытались заставить подписать документы. Николай снял колено, цепь, следы уколов. Потом перевёл камеру в угол.

Там стояли лопата, мешок строительной смеси и рулон плотной плёнки.

— Это они сюда принесли?

— Вчера. Или позавчера. Я уже не понимаю времени.

Николай выключил запись. Его движения стали другими — короткими, точными, без лишней суеты.

— Я ухожу. Скоро вернусь.

Он выбрался через гараж, но на крыльце уже стоял Роман. Лицо у него было багровым, ворот рубашки расстёгнут.

— Куда делся этот старик?