Сын попросил отца не приезжать перед Новым годом, но визит без предупреждения раскрыл тревожную правду

Марк Исаевич появился рядом с Николаем, спокойный, с портфелем в руке.

— Лариса Романовна, вам лучше замолчать и внимательно послушать. Ваш супруг не владеет ни этим домом, ни автомобилями, ни счетами, ни ключевыми активами. Всё принадлежит холдингу, единственным владельцем которого является Николай Аркадьевич. Ваш муж — управляющий в дочерней структуре и временный арендатор этого дома. Бумажка в вашей руке ничего не стоит.

Николай забрал салфетку, скомкал и бросил на пол.

У машины скорой помощи он обернулся к Ларисе.

— К утру все узнают и про подвал, и про цепь.

Потом достал телефон и дистанционно отключил в доме отопление, воду и электричество.

Поздней ночью Николай сидел у постели Павла в частной клинике. Сын наконец спал — тяжело, глубоко, без искусственного дурмана. На столе светился ноутбук. Марк прислал подтверждения: счета заблокированы, доверенности отозваны, заявление принято.

Рядом на телефоне шла прямая трансляция Ларисы. Она стояла в приёмном отделении какой-то больницы, с размазанной тушью, босыми ногами в бахилах и кричала в камеру, что безумный свёкор ворвался в дом, похитил мужа и угрожал всем оружием.

Николай смотрел молча. Вмешиваться он не стал.

— Пусть строит башню повыше, — сказал он тихо. — Чем выше, тем больнее падать…