Сын вернулся домой после пяти лет службы и сразу понял, что с матерью произошло что-то неладное
«Где она? — спросил я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ты знаешь, где она сейчас?» Мальчик покачал головой. Печаль в его глазах стала ещё глубже.
Он опустил взгляд, снова посмотрел на котёнка, погладил его по голове. Затем он встал, жестом приглашая меня следовать за ним. Мы шли по опустевшему рынку, лавируя между горами мусора и пустыми ящиками.
Мальчик вёл меня уверенно, ни разу не оглянувшись. Он привёл меня к глухой кирпичной стене на задворках рынка, той самой, о которой говорила торговка. Здесь на земле лежал кусок старого, грязного картона.
Место, где она сидела. Мальчик остановился, указал на картон, а потом прижал руки к груди и закрыл глаза, изображая, как она молилась. Потом он показал на свой рот, пожевал и сглотнул, давая понять, что она ела то, что ей давали.
Я смотрел на эту пантомиму, и ком подкатывал к горлу. Моя мама. Моя тихая, гордая мама, которая никогда в жизни ни у кого ничего не просила, сидела здесь и жила подаянием.
Потом мальчик сделал несколько шагов, лёг на землю и свернулся калачиком, изображая, что кто-то спит. Затем он вскочил, испуганно огляделся и начал размахивать руками, будто отгоняя кого-то. Он показывал на свои ноги, потом на дорогу, которая вела прочь от рынка.
Его жесты были отчаянными, испуганными. Я пытался понять. «Её прогнали? — спросил я. — Отсюда её тоже прогнали?»
Он яростно закивал. Потом показал на себя, снова на дорогу и побежал вприпрыжку, изображая, как гнался за кем-то.
Он остановился, обернулся и развёл руками, показывая, что потерял след. Значит, и отсюда её выгнали. Какие-то нелюди, которым тихая старушка помешала.
И этот мальчик, единственный, кто проявил к ней сострадание, пытался ей помочь, но не смог. Я опустился на корточки рядом с ним. «Спасибо», — сказал я глухо.
«Спасибо тебе». Он посмотрел на меня своими взрослыми глазами, а потом сделал то, чего я совсем не ожидал. Он протянул мне половинку того кусочка колбасы, которым кормил котёнка.
Этот маленький, нищий, немой мальчик, у которого не было ничего, кроме бездомного котёнка, делился со мной своей «едой». У меня защипало в глазах, и я не мог это принять. Я покачал головой.
«Спасибо, друг. Съешь сам». Я достал из кармана несколько мятых купюр, оставшихся у меня, и протянул ему.
«Возьми. Купи себе и котёнку еды». Он испуганно отшатнулся, замахал руками.
Не возьмёт. Гордый. Как и она. Я не стал настаивать, а просто положил деньги на ящик рядом с ним.
«Это для неё, — сказал я, показывая на фотографию. — Ты ей помогал. Это тебе от неё».
Он колебался, но потом всё же взял деньги. Спрятал их в карман своих рваных штанов. Я спросил его имя, написав вопрос на пыльном ящике.
Он нацарапал палочкой: «Костя».
«Спасибо, Костя, — повторил я. — Ты мне очень помог».
Он снова кивнул и вернулся к своему котёнку. А я остался стоять у холодной кирпичной стены, чувствуя себя ещё более опустошённым. След снова оборвался…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
