У могилы состоятельного человека она подняла чужой кошелёк, не зная, что находка изменит всё

Сердце ударило так сильно, что она даже оглянулась на дверь. Шагов не было. В коридоре тихо. Оксана подошла к сейфу, стараясь двигаться быстро и без суеты. Внутри лежали папки, конверты, несколько флешек и документы. Она достала телефон и начала фотографировать всё подряд, не успевая разбирать содержание. Руки дрожали, живот тянуло от напряжения, но она заставляла себя действовать.

Среди бумаг ей попались два медицинских заключения о смерти отца Тараса. Оба касались одного и того же человека, но причины смерти были разными. В одном говорилось о естественной остановке сердца. В другом — о последствиях передозировки назначенного препарата.

— Так он был прав, — едва слышно прошептала Оксана.

Она успела сделать последние снимки, когда в коридоре раздался смех. Дверь распахнулась. В кабинет вошёл Максим, обнимая Кристину. Оксана чудом успела захлопнуть панель сейфа, схватить метёлку для пыли и отскочить к книжному шкафу. Она сделала вид, что тщательно очищает верхнюю полку, хотя перед глазами всё плыло от страха.

Максим и Кристина, казалось, её не заметили. Они целовались так жадно, будто вокруг не было никого и ничего. Максим подхватил девушку за талию, посадил на письменный стол, задел стопку бумаг, но даже не обернулся. Оксана стояла у шкафа, чувствуя, как от смущения горят щёки. Уйти она боялась: резкое движение привлекло бы внимание. Оставаться было невыносимо.

— У тебя есть вино? — мурлыкнула Кристина. — Давай выпьем за нашу помолвку. Без твоей ледяной мамочки. Только ты и я.

Максим рассмеялся.

— Для тебя — всё что угодно. Сейчас принесу бутылку. Бокалы возьми в тумбе.

Он отошёл к барному шкафчику. Оксана ещё сильнее отвернулась к полке, надеясь стать невидимой. Кристина достала два бокала, быстро оглянулась по сторонам и в этот миг встретилась в отражении стеклянной дверцы шкафа с глазами Оксаны. Или почти встретилась. Оксана успела опустить взгляд, но отражение продолжало показывать происходящее.

Кристина вытащила из маленького плоского футляра пакетик с белым порошком и ловким движением высыпала его в один бокал.

Оксана похолодела.

— Давай я сама налью, — ласково сказала Кристина, пряча бокал за спиной и принимая бутылку из рук Максима. — Хочу, чтобы всё было красиво.

Она налила вино, чуть наклонила бокал, будто любуясь цветом напитка, и подала Максиму тот, в который только что подсыпала порошок.

— Выпьем до дна, — прошептала она, глядя ему прямо в глаза.

— За нас, — ответил Максим. — Никто нас не разлучит.

— Никто, — улыбнулась Кристина. — До самой смерти.

И в эту секунду память Оксаны вспыхнула ярко, болезненно, словно молния ударила в тёмную комнату. Она вспомнила, где видела это лицо. Много лет назад, ещё до ареста, она приходила в офис Павла. У стойки приёмной сидела красивая светловолосая девушка с зелёными глазами. Новая секретарша. Павел тогда сказал, что её зовут Кристина, что она толковая, быстро всё схватывает. Оксана ещё удивилась, насколько та приветливо улыбалась мужу.

Теперь эта же женщина держала бокал у губ Максима.

Максим был неприятным, избалованным, жестоким человеком. Но он не заслуживал умереть так, с улыбкой, от руки той, кому верил. Оксана резко повернулась и бросила в Кристину тряпку. Та вскрикнула, на мгновение потеряв равновесие. Оксана шагнула вперёд и выбила бокал из её руки.

Стекло разбилось о пол. Вино растеклось тёмным пятном по ковру.

— Не пейте! — выдохнула Оксана. — Ничего у неё не пейте. Там яд.

Максим смотрел на неё ошарашенно. Кристина на долю секунды изменилась в лице: красота исчезла, глаза стали злыми и пустыми. Но уже через миг она прижалась к жениху, дрожа всем телом.

— Максим, мне страшно, — всхлипнула она. — Кто эта сумасшедшая? Почему она бросается на меня?

Оксана поразилась, как быстро ненависть превратилась в испуганную нежность. Кристина умела играть. Возможно, именно так она когда-то улыбалась Павлу.

— Объясните, — холодно сказал Максим, поворачиваясь к Оксане. — Что вы себе позволили?

— Она подсыпала порошок в ваш бокал, — быстро сказала Оксана. — Я видела в отражении. Пока вы доставали бутылку, она достала пакетик. Это был яд.

— Вы в себе? — Максим побледнел. — Кристина моя невеста. Зачем ей меня травить?

Он посмотрел на девушку. В её глазах мелькнула паника, но она тут же возмущённо фыркнула.

— Какая мерзкая ложь. Милый, ты же не поверишь прислуге? Она просто завидует. Видит, что нас любят, что мы счастливы. А её, наверное, бросили, как только узнали про ребёнка.

Эти слова ударили больно. Оксана почувствовала, как внутри поднимается обида, но вместе с ней — холодная решимость. Она слишком хорошо знала цену молчанию….