В морг доставили погибшего солдата, но во время осмотра патологоанатом обнаружил неожиданную деталь

— Значит, кто-то готовит применение химического оружия? — спросил Гнатюк.

— Либо собирается продать технологию террористам, — мрачно ответил Бондаренко. — В обоих случаях времени у нас мало.

Личность погибшего быстро установили. Сержант Остап Кучер служил в химических войсках и официально погиб при взрыве склада. Новая находка показывала, что случайностью его смерть, вероятнее всего, не была.

— Его использовали как носителя информации, а затем устранили, чтобы скрыть следы?

— Сейчас это основная версия. Теперь важно добраться до заказчиков раньше, чем они используют формулы.

Расследование разрушило прежнюю уверенность в полной победе. Ликвидированная группа оказалась лишь небольшим звеном организации куда крупнее. Проведённая после задержания Мельника внутренняя проверка подтвердила непричастность Городецкого, поэтому теперь он официально вошёл в группу нового расследования. В закрытом кабинете генерал изучал материалы дела вместе с Бондаренко.

— Мы недооценили противника, — признал генерал. — Они торгуют не только военными картами, но и сведениями о химических и биологических разработках.

— Кто стоит наверху?

— Международный синдикат под кодовым названием «Спрут». Его посредники действуют во многих государствах и продают секреты любому, кто способен заплатить: преступным группировкам, террористам и враждебным структурам.

Проверка показала, что «Стальной рубеж» был одной из структур прикрытия этого синдиката.

— Одной нашей операции для такой сети недостаточно.

— Нужна помощь коллег из других стран, но пока рассчитывать придётся в основном на себя.

К расследованию подключили лучших оперативников. Гнатюка пригласили как консультанта, уже знакомого с методами шантажистов.

— Я патологоанатом, а не разведчик, — напомнил он Городецкому.

— Именно поэтому ваши наблюдения ценны. Вы видели их изнутри, знаете, как они давят на людей и чего добиваются.

Олег Петрович окончательно понял, что прежняя тихая жизнь осталась позади. Следователи установили: «Спрут» имел агентов в десятках стран и поддерживал конфликты, которые затем превращал в источник дохода.

Материалы занимали десятки папок, но методы организации повторялись: поиск уязвимого специалиста, давление на его семью, постепенное втягивание в преступление и последующий шантаж. Гнатюк узнавал в этих схемах собственный страх и историю Руденко. Именно личный опыт помогал ему замечать детали, которые оперативники могли принять за случайность.

Один из задержанных посредников на допросе говорил об этом без всякого стыда:

— Мы не начинаем войны. Мы помогаем им не заканчиваться и зарабатываем на последствиях.

— Зачем синдикату формулы отравляющих веществ? — спросил следователь.

— Это товар высшей категории. За новые составы платят огромные суммы, причём покупателями бывают не только государства.

Бондаренко слушал запись в соседней комнате.

— Пока мы задерживаем исполнителей, руководители остаются недосягаемыми. Нужно заставить их самих выйти на связь.

— Каким образом? — спросил Городецкий.

— Организовать контролируемую утечку. Гнатюк сыграет владельца информации о новом биологическом оружии. Мы предложим синдикату правдоподобные, но ложные данные и проследим, кто придёт за ними.

Генерал покачал головой.

— Если его раскроют, мы потеряем не только консультанта.

— Риск велик, но другого пути к координаторам я не вижу…