В первую брачную ночь Максим предложил жить отдельно, а Оксана раскрыла свой расчёт

— Я всегда готовлюсь.

За стеклом мелькали фонари. Максим смотрел на дорогу, потом вдруг спросил:

— А бывает, что ты делаешь что-нибудь без плана? Без расчёта, просто так?

Она ответила не сразу.

— Редко.

— Никогда, — мягко поправил он, без упрёка.

— Редко, — твёрдо повторила Оксана.

Максим усмехнулся.

— Пусть будет редко.

Вдоль дороги потянулись огни ночного города, оживлённого и равнодушного к ним.

Файл от Дениса пришёл через три дня. В обед они встретились: Оксана всё ещё по привычке появлялась в офисе лаборатории, внешне сохраняя прежний распорядок. Тихому Денису в очках было 29 лет; он мог просидеть перед экраном десять часов и не заметить этого. Через стол к ней скользнула распечатка.

— Смотри, — заговорил он вполголоса. — В пятницу после вашего ужина с телефона одной из её аффилированных компаний позвонили в половине одиннадцатого вечера. Кому — установить не получилось. Номер оформлен на частное лицо, публичных сведений о нём нет. Зато базовая станция при соединении была в той области. В областном центре или пригороде, точнее не определить.

Оксана изучала лист. Та самая область: там работал механик, там разбилась машина родителей.

— Это я оставлю у себя.

— Есть ещё находка.

Денис достал вторую распечатку.

— Интервью трёхлетней давности из местного делового издания. Какой-то руководитель дистрибьюторской сети называет «Биомедику» перспективным приобретением. Похоже, журналист писал на заказ. Я проверил другие его материалы за то время: одних участников рынка хвалит, других осторожно топит. А этот текст опубликовали за неделю до смерти твоих родителей.

Оксана сложила оба листа.

— Денис, ты кому-то ещё рассказывал?

— Нет.

— Пусть так и останется. Никому ни слова.

— Понимаю.

Ему она верила. В работе Денис искал не столько заработок или карьеру, сколько своё призвание. Там, где остальные замечали случайности, он находил закономерность. И молчать умел.

Вечером Максим долго читал распечатки. Отложив их, произнёс:

— Всего за неделю…

Голос оставался ровным, но теперь в нём слышалась непривычная тяжесть.

— Кто-то заранее знал, что завод освободится, — сказала Оксана. — Или собирался его освободить.

Некоторое время оба молчали.

— Ты нашла следователя, которая вела дело?

— Да. На следующей неделе встретимся. Она живёт в том областном центре.

— Собираешься ехать?

— Да.

Максим смотрел на стол. Потом сказал:

— Поедем вместе.

Оксана подняла глаза.

— Тебе незачем.

— Я понимаю. Но ты говорила, Лариса следит. Твоя поездка в одиночку будет означать для неё одно, наша совместная — другое.

— Хочешь обеспечить прикрытие?

— Хочу сказать, что мы в одной ситуации. И мне тоже важно, что удастся узнать.

Простота этих слов оставила Оксану без ответа. Она лишь кивнула.

В ближайшие дни Оксана ждала открытого сопротивления. Лариса могла попытаться заблокировать запрос, надавить на совет или создать препятствия аудиторам. После пятничного ужина любое из этих действий казалось вероятным, поэтому Оксана внимательно следила за тем, как будут развиваться события.

Однако напряжение не спадало, хотя события развивались совсем не так, как ожидала Оксана. Запрос на документы приняли без возражений. Аудиторская компания подтвердила, что готова приступить к работе. Никто не пытался затянуть дело, отменить проверку или лишить Оксану доступа к архиву.

Со стороны Ларисы не последовало ничего. Именно отсутствие действий тревожило Оксану сильнее, чем прямое противодействие. Ей было знакомо такое молчание по самой себе. Тихий человек — опасный человек, и это Оксана знала наверняка.

У них с Максимом выработался режим: они ужинали вместе и обсуждали всё, что каждый успел узнать за день. Максим подключил к этой работе память о людях из отцовского мира. Он перебирал, кто с кем дружил, кто кому был обязан, какие имена когда-то звучали рядом с Ларисой. Для него эта работа оставалась странной и неловкой. Впервые в жизни он по-настоящему обдумывал то, чего прежде намеренно не замечал.

Поздним вечером Оксана разбирала бумаги за столом, а Максим сидел с ноутбуком на диване.

— Нашлась фотография, — неожиданно сказал он.

Она взглянула на него.

— В отцовском архиве, на старом диске. Деловой ужин. В метаданных конец лета, три года назад. Отец, Лариса…

Он развернул ноутбук. За ресторанным столом сидели несколько человек. Оксана сразу узнала своего отца: в центре снимка, с лёгкой улыбкой. Рядом была Лариса, ещё с другой причёской, помоложе нынешней, но с той же осанкой. Возле неё сидел незнакомый плотный мужчина лет пятидесяти с уверенным взглядом…