Вернувшись с работы, женщина попросила сына выйти. Но его неожиданное «Я уже видел» заставило её насторожиться

Оксана почувствовала, как всё внутри сжалось. Марина не приехала на час. Она собиралась остаться на ночь.

Оксана могла вернуться в гостиницу и утром предъявить мужу всё, что знала. Но он снова нашёл бы оправдание. Она пошла к дому.

У боковой калитки Оксана остановилась. Камеры всё ещё не работали. Из окна спальни на втором этаже пробивался свет.

На кухне тоже горела лампа. Она достала ключ. В этот момент телефон завибрировал.

Сообщение прислал Андрей: «Спокойной ночи! Я уже ложусь спать». Оксана смотрела на экран.

Сын находился у её родителей. Марина — в доме. А муж только что встретил в её доме любовницу.

Оксана медленно открыла калитку. Теперь она собиралась узнать, насколько далеко зашла их ложь. В прихожей горел только настенный светильник.

Она вошла бесшумно, закрыла дверь и сразу увидела на тумбе женскую сумку, которой в доме быть не должно. Рядом стояли туфли Марины. Из кухни доносились голоса.

Андрей что-то рассказывал вполголоса. Марина засмеялась. Смех был лёгким, домашним, словно хозяйкой здесь была именно она.

Оксана сняла пальто и прошла дальше. На столе стояла открытая бутылка вина, два бокала, коробка с десертом и тарелка с фруктами. На стуле висел жакет Марины.

Андрей сидел к двери боком. Увидев жену, он сначала не понял, что произошло. «Оксана?» Марина резко обернулась.

«Ты же в другом городе», — выговорил Андрей. «Как видишь, уже нет». Он поднялся.

«Что случилось? Почему ты вернулась?» Оксана посмотрела на его расстёгнутую рубашку, потом на свой халат на Марине. «Переговоры перенесли». Любовница потянулась к жакету.

«Я, наверное, пойду». — «Сядь, Марин, — сказал Андрей. — Сейчас разберёмся».

Оксана перевела взгляд на мужа. «Разберёмся?» — «Ты ворвалась среди ночи и ведёшь себя так, будто застала здесь преступников». — «Я открыла дверь ключом от дома, в котором живу».

Андрей провёл ладонью по волосам. «Марина приехала обсудить презентацию. Мы задержались».

Оксана посмотрела на дорожную сумку возле прихожей. «С ночёвкой и в моём халате обсуждать удобнее?» Марина побледнела.

«Это моя сумка. Я завтра собиралась ехать к сестре». — «Прямо из моей спальни?» Андрей резко вмешался.

«Хватит». — «Что именно? Смотреть? Спрашивать? Возвращаться домой без твоего разрешения?» — «Не устраивай скандал, не разобравшись». Оксана достала телефон и открыла последнее сообщение мужа.

«Ты написал, что уже ложишься спать. Забыл добавить, с кем». Андрей нахмурился.

«Ты следила за мной?» — «Нет. Мне хватило того, что увидела сама». Марина осторожно поднялась.

«Андрей, я правда лучше уеду». — «Подожди». — «Не надо», — сказала Оксана.

«Пусть идёт. Только сначала снимет мой халат». Марина застыла.

На её голое тело был надет тот самый белый пушистый халат, о котором рассказал Кирилл. Лицо Андрея изменилось. «Как ты узнала?» — «От сына».

Марина отступила к столу. «Когда?» — «Мой пятилетний ребёнок, которого вы однажды не заметили возле спальни, рассказал». Андрей выругался.

«Продолжай, — сказала Оксана. — Только подумай, кого сейчас хочешь обвинить. Он ребёнок».

«Мог всё неправильно понять». — «Твой сын понял, что отец целуется с чужой женщиной в спальне его матери». Марина вышла в спальню, быстро сняла халат.

Переоделась в свою одежду. Вернулась на кухню. «Я не знала, что он тогда нас увидел».

«Зато знала, что он дома». — «Да, но…» — «И всё равно приезжала». Андрей ударил ладонью по столу.

«Оксана, достаточно!» Она не вздрогнула. «Не кричи!» На лице мужа промелькнуло понимание. «Ты всё подстроила».

«Я просто дала тебе свободный вечер». — «Ты специально соврала про поездку». — «А ты полтора года врёшь мне про Марину!» Андрей замолчал.

Марина посмотрела на него. «Полтора года?» — «Твоя мать рассказала?» Марина прикусила губу. Андрей зло сказал:

«Марин, молчи!» — «Поздно. Ваша система дала сбой». — «Ты говорила с моей матерью?» — «Да». — «Что она тебе наговорила?» — «Достаточно». — «Мама не имеет права лезть в наши отношения!» Оксана почти рассмеялась. Полтора года имела право выводить сына из дома ради любовницы, а рассказать правду — уже вмешательство? Марина схватила сумку.

«Я ухожу». — «Идите. Только больше сюда не возвращайтесь». Андрей встал между ними. «Нет. Мы сначала всё обсудим».

«Обсуждай после того, как она уйдёт из дома моего отца». Его лицо напряглось. «Опять началось». — «Что?» — «Дом твоего отца. Фирма твоего отца. Деньги твоего отца. Ты в любом споре прячешься за Николаем Петровичем».

«Сейчас речь о том, что Марина находится в чужом доме». — «А моё согласие не считается?» — «Для её ночёвки в нашей спальне — нет». Андрей шагнул ближе. «Я здесь шесть лет живу. Не изображай, будто я гость». — «Я ничего не изображаю. Ты и есть гость». — «Я вкладывался в этот дом». Оксана удивилась. «Во что именно?» — «В ремонт. В мебель. В участок. Я здесь столько сделал». — «Ремонт оплачивал отец. Мебель покупали родители. Садом занимается нанятый ими человек. Ты выбрал гриль и повесил телевизор». Марина опустила глаза.

Андрей покраснел. «Ты всегда умела унизить». — «Я перечислила факты». — «Конечно. Потому что у тебя папа всё решил заранее». — «Что решил?» — «Не оформлять дом на тебя». — «Это его собственность». — «Ты единственная дочь. Кому он достанется?» — «Когда-нибудь это будет решать отец». Оксана вдруг поняла: Андрей давно считал дом будущим имуществом жены, а значит, в каком-то смысле своим.

«Ты сейчас всерьёз думаешь о недвижимости?» — «Я думаю, что 6 лет жил здесь с семьёй, а ты решила выставить меня за дверь». — «Я попросила уйти только Марину». Любовница тихо произнесла: «Я уже ухожу». Она надела жакет, взяла сумку и направилась к прихожей. Андрей догнал её.

«Я отвезу». — «Не надо». — «Марин!» Она резко повернулась. «Я сказала, не надо. Разбирайтесь сами». Марина вышла. Через окно было видно, как она остановилась у ворот и вызвала такси.

Андрей вернулся на кухню. «Довольна?» — «Чем?» — «Устроила показательное выступление». — «Ты привёл любовницу в нашу спальню». — «Мы с тобой давно живём как соседи». Оксана посмотрела на него.

«Когда ты это решил?» — «Не вчера». — «Ещё неделю назад ты предлагал поехать втроём на выходные». — «Ради Кирилла». — «А серьги на годовщину тоже были ради него?» Андрей сжал губы. «Отношения давно трещали». — «И ты решил чинить их с Мариной?» — «Хватит язвить». — «Скажи честно, ты любишь её?» Он ответил не сразу: «Да». Слово прозвучало спокойно…