Я хотела удивить мужа новостью о новом доме, но вскоре поняла, что молчание было правильным решением

Через два дня София Григорьевна попросила Катерину приехать в офис.

— Тарас подал заявление о пересмотре имущественного спора, — сказала она, когда Катерина села напротив. — Утверждает, что вы скрыли часть семейных доходов, намеренно оформили дом только на себя и лишили его доли.

Катерина закрыла глаза.

— Но ведь решение уже есть.

— Есть. И оно сильное. Его шансы невелики, но неприятности он создать может. Особенно если будет пытаться давить не только через суд.

— Что он хочет?

— Половину стоимости дома и компенсацию морального вреда.

Катерина невольно рассмеялась. Смех получился коротким и сухим.

— Морального вреда?

— По его версии, вы тайно копили деньги, обманули мужа, разрушили семью и довели его до долгов.

— Это же абсурд.

— Абсурд тоже надо опровергать документами.

София Григорьевна положила перед ней распечатки. Катерина взяла листы и почувствовала, как холодеют пальцы. Это были публикации в местном интернет-сообществе. Имен там не называли, но детали совпадали настолько точно, что сомнений не оставалось.

«Женщина десять лет обманывала мужа, прятала миллионы, а потом выгнала его из жизни после покупки дорогого дома».

«Бедный мужчина остался с долгами, пока его жена-бухгалтерша годами выводила семейные деньги».

«Вот такие теперь семейные ценности».

Катерина читала и чувствовала не столько обиду, сколько отвращение. Её труд, бессонные ночи, отказ от всего лишнего, попытка построить безопасное будущее — всё это превратили в грязный рассказ о хитрой женщине.

— Это он? — спросила она.

— Возможно он. Возможно его мать. Стиль очень похож на Надежду Петровну.

Имя свекрови заставило Катерину вздохнуть. Надежда Петровна Савчук всегда смотрела на неё как на временную ошибку сына. В первые годы Катерина старалась понравиться: готовила, улыбалась, спрашивала совета, покупала подарки. Потом поняла: хорошей для Надежды Петровны могла быть только та женщина, которая полностью растворится в Тарасе и будет благодарить за право рядом с ним дышать.

— Что можно сделать?

— Собрать доказательства связи публикаций с автором. Я уже направила запрос администратору сообщества. Если добровольно не ответят, пойдём через суд. Но пока лучше не показывать, что вы реагируете.

— То есть я молчу?

— Внешне — да. А фактически мы готовим ответ.

Катерина медленно положила распечатки на стол. Она устала быть спокойной. Устала доказывать очевидное. Но рядом с Софией Григорьевной её злость приобретала форму: не крик, не ответный пост, не бессмысленная перепалка, а документы, запросы, заверенные скриншоты, законные границы. И это снова помогало не сорваться…