Я случайно увидела фото свекрови на своей даче и только тогда узнала, что у неё есть ключи. Ответ жениха оказался ещё удивительнее

На следующий вечер Марина заняла угловой столик заранее. В кафе хорошо готовили кофе; сквозь огромные окна была видна городская улица. Она заказала капучино и ждала.

Ровно в шесть появились Павел с матерью. Впереди шагал он, выставив грудь и стараясь придать себе значительность. Лидия Степановна следовала за сыном: бледное лицо, ярко накрашенные губы, тесное бордовое платье. За стол они сели с таким видом, будто хозяйкой положения оставалась именно их сторона.

Павел первым начал разговор. Забарабанил пальцами по столешнице, посмотрел на Марину строго, почти наставнически.

— Ну, осознала наконец, что сделала? Мы с мамой готовы дальше дело не двигать. Но сначала ты при всех просишь у неё прощения и выплачиваешь деньги. Не согласишься — свадьбы не будет. Я своими принципами не поступлюсь.

— Какой же ты у меня принципиальный, — мягко отозвалась Марина.

Она помешала кофе и обратилась к его матери:

— Живот больше не беспокоит? Или ещё хочется попробовать что-нибудь незнакомое в чужом доме?

Лидия Степановна подалась через стол. По её лицу было видно, как трудно ей удержаться в пределах хотя бы внешних приличий.

— Ты ещё насмехаешься? Банку специально оставила, да? Решила от меня избавиться, чтобы Пашеньку одного к рукам прибрать? Я жду извинений и денег! И ключи дай. Замки сменила, а у меня там тяпка!

Марина открыла сумочку. Достала цветную распечатку и положила перед женщиной. С фотографии та улыбалась сама себе — довольная, с вареньем, которое уплетала на чужой веранде. Рядом была та самая кружка с фламинго…