Женщина поверила в смертельный диагноз, пока случайно не услышала разговор мужа о его настоящем плане
Вернувшись на фабрику, Наталья застала Вадима у окна. «Где ты была?» — спросил он. «В комнате отдыха стало душно», — ответила Наталья.
«Прошлась по двору», — добавила она. «Галина тебя не видела», — возразил Вадим. «Она обязана следить за каждым моим шагом?» — спросила жена.
«Я волновался». Наталья коснулась виска. «Мне хуже».
«Отвези меня домой», — попросила Наталья. «Конечно», — ответил Вадим. Перед отъездом она попросила Галину передать Марине все договоры с компанией Руденко.
Секретарь ничего не спросила, лишь кивнула. Дома Вадим уложил жену в спальню и закрыл шторы. «Поспи».
«Вечером придет Савченко. Он принесет договор с зарубежным центром, расчет лечения и реквизиты. Все будет».
Муж наклонился, поцеловал ее в лоб и вышел. Через несколько минут хлопнула входная дверь. Наталья поднялась, проверила окно и позвонила в частную клинику.
Администратор сообщила, что копии карты готовы, а стекла и блоки задерживаются в лаборатории. «Дайте письменный ответ с указанием причины задержки», — потребовала Наталья. «Подобные справки оформляет заведующий».
«Соедините меня с ним». После недолгого ожидания Савченко ответил: «Зачем вы поднимаете шум? Зарубежные врачи не начнут лечения без пересмотра».
«Материалы привезут завтра», — пообещал Савченко. «Вадим сказал, что вы хотите дополнительную оплату за срочность», — ответила Наталья. На другом конце наступила тишина.
«Я ничего подобного не говорил», — возразил Савченко. «Странно. Муж уверял, будто без отдельного вознаграждения вы не ускорите выдачу», — сказала Наталья.
«Наталья Петровна, не обсуждайте со мной чужие фантазии», — раздраженно ответил Савченко. «Тогда подготовьте все бесплатно, как обязаны», — потребовала Наталья. Она сохранила разговор.
Савченко позвонил снова, но Наталья не ответила. Затем позвонила Инне. «Мне надо уточнить один вопрос».
«Вадим хочет оформить предварительное соглашение на себя?» — спросила Наталья. «С чего вы взяли?» — удивилась Инна. «Он сказал, что после лечения мне будет трудно управлять имуществом. Возможно, придется выдать ему доверенность с расширенными полномочиями». Инна заговорила осторожнее.
«Для сделки достаточно вашей личной подписи», — сказала Инна. «Тогда зачем муж просил мой паспорт и свидетельство о браке?» — спросила Наталья. «Не знаю», — ответила Руденко. «Он также сказал, что после продажи сам распределит деньги между лечением и другими расходами», — продолжила Наталья.
Инна помолчала. «Я уточню у него», — пообещала она. «Только не говорите, что я звонила», — попросила Наталья.
«Вадим нервничает, когда я задаю вопросы», — добавила Наталья. «Разумеется», — ответила Инна. Наталья положила телефон на стол.
Теперь врач мог заподозрить мужа в попытке оставить его без обещанной платы, а Инна сомневалась, получит ли свою долю. В четыре часа позвонила Ирина Семеновна: «Наталья Петровна, приезжайте в центр».
«Нам передали сведения по номеру исследования. Подробности по телефону обсуждать нельзя», — сообщила Ирина Семеновна. «Это связано с другой пациенткой?» — спросила Наталья. «Приезжайте».
В больнице Наталью провели к заведующей. На столе лежали заключения Савченко и ответ лаборатории. «Номер гистологического исследования существует», — сказала Дорошенко.
«Однако он зарегистрирован не на ваше имя. Лаборатория начала внутреннюю проверку и уведомила медицинскую организацию, которая направляла материал», — продолжила Дорошенко. «Кто настоящая пациентка?» — спросила Наталья. «Я не вправе раскрывать чужие данные».
За дверью раздался женский голос: «Объясните, наконец, зачем меня вызвали. Мне два месяца назад сказали, что все доброкачественное».
Ирина Семеновна вышла в коридор. Через несколько минут кто-то заплакал. Через четверть часа дверь открылась.
В кабинет вошла сорокалетняя женщина в недорогом сером пальто. Темные волосы были собраны резинкой, под глазами болезненная синева. Рядом стоял худенький подросток с рюкзаком.
«Это вы получили мои анализы?» — спросила незнакомка. Дорошенко остановила ее: «Светлана Андреевна, я не подтверждала такую формулировку».
Женщина не отводила взгляда от Натальи. «Врач сказал, что мой образец оказался в документах другого человека. Значит, это она?» Наталья поднялась.
«Меня зовут Наталья Левченко. Мне сообщили смертельный диагноз, которого у меня нет». Светлана прижала руку ко рту. «А мне сказали, что у меня киста».
«Я поверила и ушла домой». Подросток побледнел. «Мам, что происходит?» Ирина Семеновна попросила его подождать у медсестры, но мальчик вцепился в рукав матери.
«Я останусь». Светлана обняла сына за плечи. «Мой Максим».
«У нас больше никого нет». Наталья почувствовала, как личная обида уступает место другому чувству. Пока Вадим рассчитывал комиссию, эта женщина теряла драгоценное время.
«Вам уже назначили обследование?» — спросила она. «Сейчас возьмут анализы и сделают томографию. Я не понимаю, как такое могло произойти».
Дорошенко ответила спокойно: «Сначала мы установим состояние здоровья. Причины подмены будут выяснять отдельно».
Светлана повернулась к Наталье. «Кто отправил вас к тому врачу?» — спросила она. «Муж», — ответила Наталья. «Он знал?» Наталья не успела ответить.
Телефон в сумке завибрировал. На экране появилось сообщение от Вадима: «Савченко в ярости».
«Инна требует встречи. Что именно ты говорила?» Следом пришло второе сообщение: «Я уже подхожу».
«Нашел тебя по геолокации». Наталья показала экран Гордиенко, которая как раз вошла в кабинет. Юрист прочла сообщение и тихо произнесла: «Он понял, что теряет контроль». В коридоре открылась дверь лифта. Через несколько секунд раздался голос Вадима.
«Мне нужна Наталья Левченко. Я ее муж». Светлана вздрогнула, а Максим прижался к ней.
Наталья выключила телефон и посмотрела на Марину. «Пора проверить, насколько убедительно он умеет изображать любовь при свидетелях». Вадим появился в дверях кабинета так стремительно, будто опасался опоздать к чужому признанию.
«Наташа, почему ты здесь?» Он остановился, заметив Светлану с сыном, Ирину Семеновну и Марину. «Мне стало хуже, — ответила Наталья. — Я приехала на дополнительное обследование».
Муж взял ее за руку. «Я же просил сообщать, куда ты едешь. Пришлось искать по геолокации».
«Ты не отвечала. Твой телефон был недоступен. Для чего здесь Гордиенко?» Марина ответила прежде, чем Наталья успела открыть рот.
«Я сопровождаю доверительницу по ее просьбе», — ответила Марина. Вадим перевел взгляд на Светлану и спросил: «А это кто?» Ирина Семеновна сказала: «Пациентка центра».
«Чужие медицинские сведения мы не обсуждаем». Светлана резко вдохнула, собираясь заговорить, однако Наталья коснулась ее локтя. Разоблачать мужа в больнице было рано.
Он сразу предупредил бы Савченко и Инну, а затем уничтожил все, до чего сумел бы добраться. «Поедем домой, — попросила Наталья. — Мне тяжело»…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
