Разное

Женщина решила проверить жениха перед свадьбой и попросила бездомного мальчика сыграть неожиданную роль

На следующее утро Марина вместе с Андреем приехала к поставщику кухонного оборудования. В переговорной их ждали директор, бухгалтер и юрисконсульт. На столе лежала распечатка гарантии: росчерк внизу действительно напоминал её подпись, но Марина помнила каждую бумагу, прошедшую через её руки, и эту видела впервые.

— Документ прислал Мирон Корнийчук, — объяснил юрист компании. — Он ссылался на Богдана Стеценко и уверял, что после свадьбы получит полномочия от вашего имени.

Андрей попросил сохранить оригинал письма, вложение и служебную переписку. После этого они поехали в ближайшее отделение полиции. Заявление приняли, спорную гарантию приобщили к материалам проверки, оригинал изъяли для экспертизы. Следователь не обещал быстрого результата: надо установить источник файла, допросить участников сделки и выяснить, кто поставил чужую подпись.

Марина не спорила. Ей хватило главного: Богдан не просто лгал о чувствах. Он уже пытался использовать ресторан как прикрытие для своих долгов.

К полудню телефон заполнился сообщениями. Сначала бывший жених просил встретиться, потом обвинял её в истерике, затем требовал компенсировать расходы на свадьбу. Последнее сообщение было хуже остальных: «Если не отзовёшь заявление, расскажу опеке, как ты использовала мальчишку».

Марина показала экран Андрею.

— Не отвечайте, — сказал он. — Сохраните переписку. Угрозы тоже могут пригодиться.

Она позвонила организатору торжества. Голос дрогнул только однажды, когда пришлось произнести: церемонии не будет. Потом были разговоры с фотографом, ведущим, гостями. Подробностей Марина не раскрывала, повторяла одну и ту же фразу: «Свадьба отменена по личным причинам».

К вечеру в ресторане сняли заказ на банкет. Олеся сложила именные карточки в коробку и сняла со стены схему рассадки.

— Выбросить?

— Да.

Олеся ничего не уточнила. Просто обняла подругу, а потом ушла проверять смену.

Богдан появился у служебного входа после закрытия. Охранник не пустил его внутрь. Несколько минут он стучал в стекло, потом потребовал позвать Марину. Она вышла вместе с Андреем.

— Ты подала заявление? — крикнул Богдан.

— Да.

— Документ готовил Мирон. Я не знал о подписи.

— Расскажешь это следователю.

— Мы должны были пожениться. Ты уничтожаешь меня из-за одной ошибки.

— Измена, долги и поддельная гарантия не похожи на одну ошибку.

Он вцепился в калитку.

— Я вкладывал деньги в твоё заведение.

Андрей открыл папку.

— Покажите платёжные поручения, договор займа или акт передачи имущества.

— Всё было на доверии.

— Значит, подтверждений нет.

Богдан перевёл взгляд на Марину.

— Ты ещё пожалеешь. Без меня твой ресторан останется обычной столовой.

Она развернулась и вернулась внутрь. За дверью он продолжал кричать, но голос быстро растворился в шуме машин.

На следующий день Марина поехала к Назару. Он встретил её настороженно.

— Галина Семёновна сказала, свадьбы не будет.

— Не будет.

— Из-за меня?

— Из-за Богдана. Без тебя я могла бы увидеть правду позже, но решение приняла я.

Назар помолчал.

— Он вас ударит?

— Нет.

— Такие сначала обещают, потом караулят у дома.

Марина поняла: он говорит не из фантазии, а из опыта, который пока не готов раскрыть.

— Охрана предупреждена. Андрей рядом.

Галина Семёновна позвала Марину в кабинет. Там уже сидела Валерия Степановна Крамаренко, специалист опеки. Перед ней лежало дело Назара.

— Родственников проверили, — сказала она. — Близких нет. Дальняя тётя, у которой он жил после смерти матери, письменно отказалась принять ребёнка. Остальные давно прервали связь или не подходят по условиям.

— Я хочу забрать его к себе, — сказала Марина.

Валерия Степановна не удивилась.

— Желание понятно. Но сегодня вы не увезёте его домой. Сначала подготовка, медицинские справки, проверка жилья, заключение кандидата.

— Я готова.

— Тогда начнём с заявления и школы приёмных родителей.

— Сколько это займёт?

— Срок зависит от документов и проверок. Процедуру нельзя торопить.

Через стеклянную перегородку Марина видела Назара. Он сидел над книгой, но страницу не переворачивал.

— Он знает о моём решении?

— Пока нет, — ответила Галина Семёновна. — Скажите осторожно. Ребёнок может решить, что обязан согласиться из благодарности.

Вечером Марина попыталась поговорить с ним. Назар напрягся после первых слов.

— Я не просил меня усыновлять.