Фермер купил старого пса из жалости, не подозревая, что тот приведёт его к странной находке в лесу

Storium · Читати українською:

— Что не вернется. Собаки чувствуют смерть. Перед тем как мы вошли в распадок, он прощался. Лизал руки долго, будто запоминал.

Я молчал. Перед глазами стоял пес, копающий землю под выворотнем. Пес, которого я купил из жалости, а он заплатил своей жизнью за чужую свободу.

— Он был лучше нас, — сказал я. — Честнее.

— Собаки всегда лучше, — кивнул Кленов. — Они не умеют врать. И предавать не умеют. Это мы научились.

Вдали послышались сирены.

— Едут, — сказал я.

Кленов поднялся, поморщившись.

— Ну что, Степан Егорович, готов стать героем новостей?

— Пусть идут лесом, — буркнул он. — Я хочу только выспаться. Впервые за семь лет без снов.

Прошло полгода.

Осень выдалась теплая, золотая. Листья берез горели на солнце, будто кто-то рассыпал по веткам монеты. Я стоял у могилы Грома. Теперь там был не простой деревянный крест. Мы с Кленовым сложились и поставили гранитную плиту. На ней вырезали морду пса — настороженные уши, умные глаза — и надпись:

Гром. Лучик. Верному другу и спасателю. Он вернул матери сына.

У дороги остановилась машина. Из нее вышла женщина в светлом пальто. За ней — мальчик.

Илья изменился. Вытянулся, набрал вес, волосы аккуратно подстрижены, на нем были джинсы и теплая куртка. В руках он держал букет красных цветов.

Он подошел ко мне.

— Здравствуйте, дядя Яков.

Голос у него окреп. В глазах почти исчез тот затравленный блеск. Почти. Я знал, что по ночам он иногда все еще кричит.

— Здравствуй, Илья.

Я пожал ему руку как взрослому.

Он подошел к памятнику, положил цветы и долго стоял молча, гладя гранитную морду.

— Я помню, — прошептал он. — Я никогда не забуду тебя, Лучик.

К нам подошел Кленов. Он выглядел крепче, бросил пить, устроился работать в лесную охрану и снова стал похож на себя.

— Ну что, боец, как учеба?