Инспектор грубо обошёлся с документами пенсионера, не подозревая, кто вскоре появится рядом

У Ершова по спине прошёл холод. Он вспомнил странную полосу внутри документа, которую принял за старую ламинацию.

Лаптев остановился на полпути с наручниками в руках.

— Ершов, — тихо позвал он. — Может, отпустим его? Ну правда, странный дед. Вдруг он из бывших?

Ершов резко обернулся. На лице его смешались злость и страх.

— Да какой он бывший? Ты посмотри на него! Обычный дачник, голову напекло — вот и несёт бред про маяки и оперативников. Давай его в машину. Быстро. Мы действуем законно: проверка, отказ от подчинения, досмотр транспорта. Всё оформим.

Он снова протянул руку к Виктору Павловичу, намереваясь схватить его за локоть.

Старик сделал короткий шаг в сторону. Его ладонь легла на запястье Ершова мягко, почти небрежно. Но в следующее мгновение младший офицер почувствовал резкую боль, будто руку ударило током. Пальцы онемели.

— Не прикасайся ко мне, — сказал Виктор Павлович. — На сегодня с тебя достаточно ошибок. У тебя есть примерно минута, чтобы понять, насколько всё серьёзно.

Он кивнул в сторону дальнего поворота.

— Смотри туда.

Над трассой поднялось облако пыли. Из него вынырнули три чёрных внедорожника представительского класса. Без маяков, без надписей, без служебных эмблем. Просто три матовые машины, несущиеся плотным строем, заставляя редких водителей прижиматься к обочине.

— Это ещё кто? — прошептал Лаптев, опуская наручники. — Ершов… они к нам?