Крик невесты за дверью разбудил весь отель. Отец выбил дверь и, увидев, то что случилось
Не успела Мария Степановна проснуться, как сквозь окно ей прямо в глаза ударило палящее солнце, что не могло не радовать.
«Ну что ж, хоть сегодня дома сидеть не придётся», — обрадовалась она. «Можно и огород прополоть, и в сарае порядок навести, а то с такими дождями всё хозяйство придёт в запустение. Прямо не лето, а наказание какое-то».
Лето и правда выдалось очень дождливым. Дня не проходило, чтобы с неба не брызнуло. А тут ещё и к свадьбе нужно было готовиться.
«Одни сплошные заботы и хлопоты», — бубнила себе под нос Мария Степановна, раскладывая по тарелкам кашу. Василий Иванович встал как обычно.
Не из тех он был людей, кто вставал чуть свет. Все дела по дому всегда лежали на плечах Марии Степановны, которая, как и полагается порядочной женщине, рано вышла замуж и на протяжении всех этих лет света белого не видела. Она была бы и рада, если бы судьба сложилась иначе.
Да вот только где ж её иную-то жизнь взять? Всё как у всех и никак иначе. Последнюю надежду она возлагала на дочерей. Всё надеялась, что сработает задуманный план, и матери удастся уберечь Катерину, как она сама считала, от несчастливого брака.
Позавтракав, Мария Степановна сразу же отправилась в сарай. Навоз-то сам себя не уберёт. А у главы семейства были дела и поважнее.
Рыбу удить собрался Василий Иванович. Чем же ещё-то заняться в такой тёплый, солнечный день? Мария Степановна не сразу услышала шум во дворе. Только когда соседская бабулька Зоя Андреевна, чей дом располагался со стороны сарая, окрикнула её, Мария Степановна выбежала словно ошпаренная во двор.
«Дарья тебя видеть изволит», — прищурилась старуха. «Вон как голосит, на всю округу слышно. Ты бы свои дела потом бы доделала, узнала бы, что ей нужно.
А то ведь её же просто так не прогонишь, прицепится, как банный лист». «Да уж», — кивнула Мария Степановна. «Ваша правда.
От Дарьи так просто не отделаться. Ладно, сейчас подойду, поговорим. Я даже догадываюсь, что ей от меня нужно».
Дарью и Марию связывало давнее соперничество. Хотя казалось, что уже давно пора обо всём забыть. Ведь столько лет прошло, много воды с тех пор утекло.
А она ведь всё помнила, словно это было вчера. «У меня в своё время жениха из-под носа увела», — без лишних предисловий и даже не поздоровавшись заявила Дарья, злобно прищурившись. Лицо рыжеволосой полной женщины покрывали сплошные морщины.
Ей было всего-то сорок с небольшим лет отроду, но жизнь потрепала так, что выглядела Дарья на все шестьдесят. В этом, конечно же, Дарья винила и Марию, ведь если бы та не отбила у неё тогда жениха, всё могло бы сложиться совершенно иначе. Самой Марии Степановне было сложно себе представить, что кто-то мечтает о таком муже, как Василий.
У него ведь была целая масса не самых приятных недостатков, в числе которых, в первую очередь, лень. Мужчина лишний раз с дивана не вставал, а если и что-то делал, то исключительно то, что приносило ему самому радость и удовольствие. Который год Мария Степановна не могла заставить супруга крышу покрыть.
Это ведь не беспечная прогулка по озеру, не рыбалка и не хождение по лесу за грибами да ягодами. Здесь нужны были усилия, прилагать которые Василий не хотел. И каждый раз, когда супруга заводила речь о прохудившейся крыше, напоминая о том, что в одной из комнат во время дождя уже вовсю течёт, мужчина находил очередную отговорку.
«Сено надо заготавливать и сушить. Или, может быть, ты пойдёшь косой махать? А день не резиновый. И времени у меня не целый вагон. Я вообще один-единственный мужик в доме. И вы все втроём на моей шее висите. Когда мне всё это одному-то делать? Чтобы крышу крыть, какая-никакая подмога нужна? А где её взять-то?» «Ну, хорошо», — согласилась Мария Степановна.
«Я тебе помогу. Ты можешь крыть, а я буду снизу на лестнице рубероид подавать. Так, потихоньку, полегоньку, вместе за несколько дней и управимся.
Или ты что предлагаешь? Всё оставить так, как есть? А жить-то как? Пол в той комнате, где течёт, скоро прогниёт. А потом и весь дом пойдёт ходуном. У тебя уже на новую крышу деньги отложены? Лично у меня нет.
И взять их нам тоже неоткуда». Как же Василия Ивановича всё это надоело. То одно, то другое.
Ни одного спокойного дня. Проходя по деревне, мужчина с завистью смотрел на Витьку, по привычке сидящего на остановке с бутылкой в руках. Богдан Михайлович даже не журил мужика, когда на него натыкался.
Знал, что жизнь у него не сахар. Хотя пить в деревне было строго-настрого запрещено, а нарушение могло иметь крайне неприятные последствия. Но у Виктора было особое положение.
«Прожил бы я с такой мегерой столько, сколько ты, тоже бы запил». Похлопав Виктора по плечу, тяжело вздохнул Богдан. «Врагу такой супруги не пожелаешь.
И куда только смотрели твои покойные родители, когда одобрили этот выбор?» «Можно подумать, что меня кто-то спрашивал», — пробормотал заплетающимся языком Виктор Николаевич. «У этой бестии из-под носа жениха Машка увела. А отец с матерью мне на уши присели.
Мол, хорошая девка, хорошая девка. Мне как раз жениться было пора, так и сошлись. А Василий правильно сделал, что сбежал от неё.
Как чувствовал, словно в воду глядел. Тогда ж как гулянки были не приняты, всё строго. А у них уже к свадьбе дело шло.
И буквально за неделю он всё-таки решился поговорить обо всём с отцом. Так и женился на Марии. Ну а мне Дарья досталась.
Я думал, что хоть сына мне родит, будет хоть какая-то отдушина. Но, увы, как Олеська на свет появилась, так всё. После этого Дарья так больше и не забеременела.
Дочурка вон какая вымахала, уже невеста. Только кто ж на такую позариться-то? Характером пошла вся в мать. Куда её теперь девать? Непонятно.
Видимо, так до старости лет в девках на нашей шее и просидит». «Да ладно вам», — Богдан Михайлович попытался подбодрить Виктора. «На каждую девицу найдётся свой жених.
Лицом ваша Олеся очень даже вышла. Так что найдёт среди деревенских своё счастье». На самом деле это были всего лишь слова, не имеющие абсолютно ничего общего с тем, что думал Богдан Михайлович на самом деле.
Именно по этой причине он ни за что бы не женился на Олесе. Девка и правда была всем хороша. Фигура, лицо — одним словом, всё складное.
Но характер скверный. Это даже не то слово. С такой женой точно счастья не видать.
Да и Олеся ни за что в жизни не посмотрела бы в сторону такого мужчины. Едва только мать заикнулась, сразу же устроила скандал. «За старика меня выдать хотите?» — подбочинилась девушка.
«Не выйдет. Я из дома сбегу. Да хоть на край земли.
Но ни за что с этим хрычом жить не стану». «Да больно кому ты нужна!» — фыркнула Дарья Васильевна. «На себя-то со стороны посмотри.
На тебе же клейма ставить негде. Вырастили дочь на свою голову, на всю деревню позор. Или думаешь, твои шашни с Романом прошли мимо людской молвы? Да как бы не так.
Весь честный народ видел, как ты с сеновала возвращалась. Думаешь, после такого тебя кто-то замуж возьмет? Даже не мечтай. Хотя Богдану Михайловичу это не столь принципиально.
Он бы мог сгодиться тебе в женихи, если бы ты такая гордая не была. И столько гонора у тебя бы не было». То, что Олеся — всего лишь отражение самой Дарьи, женщина во внимание не брала.
Она как раз-таки считала себя идеальной и постоянно только и делала, что твердила, будто на ней вся семья держится. «Да ты бы давно под забором спился без меня», — голосила супруга во время очередного скандала. А Виктор Николаевич был вынужден помалкивать в тряпочку.
Не хотел лишний раз нарываться на гнев своей ненаглядной жёнушки. Так, сколько себя помнили, они с Дарьей существовали, как кошка с собакой…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
