Миллионер приютил замёрзшую девушку на одну ночь, а утром узнал из новостей, кем она была на самом деле

— Оксане пока не говори, — попросил адвокат. — Ей нужно сохранить устойчивость до подачи основных требований. Новая угроза ничего не изменит, только лишит ее сна.

На кухне Оксана помешивала что-то в кастрюле. Услышав шаги, она обернулась и сразу спросила, что сказал Богдан Петрович. Максим рассказал о временной регистрации и переносе разбирательства, но умолчал о звонке. Она уловила короткую задержку перед его ответом, однако не стала допытываться и молча разлила кофе по чашкам.

Через несколько минут Оксана призналась, что ей непривычно зависеть от чужих решений. Девять лет она сама отвечала за компанию, людей и договоры, а теперь сидела в чужом доме, пока адвокат искал доказательства, а Максим оплачивал каждую поездку. Он возразил: она восстановила хронологию, обнаружила изменения в реестре, вспомнила адрес, который противоречил сведениям в нотариальном журнале, и подсказала способ найти свидетеля. Это не было беспомощным ожиданием.

Она посмотрела на него чуть мягче, чем прежде. Сказала, что он умеет подбирать правильные слова. Максим ответил, что просто называет то, что видит. На ее лице впервые появилась тень улыбки — едва заметная, но настоящая.

Утром они отправились в регистрационную службу. Оксана предъявила удостоверение и отвечала сотруднице спокойно и точно, хотя та несколько раз задерживала на ней внимательный взгляд. Когда они вышли, Максим заметил мужчину возле припаркованной напротив машины. Незнакомец смотрел в телефон и ничем не отличался от десятков людей вокруг.

Стоило им выехать, как та машина тоже тронулась. Максим свернул в несколько дворов, сделал лишний круг и только потом направился домой. Машина больше не появилась — либо это действительно было совпадением, либо наблюдатель умел держаться на расстоянии. Оксане Максим ничего не сказал, но вечером написал адвокату, что за ними, кажется, следят.

Ответ пришел почти сразу: Богдан Петрович уже располагал похожими сведениями и советовал ускориться. К надежности уже выбранной третьей клиники Максим отнесся особенно внимательно. «Медика-Плюс» принадлежала независимой медицинской группе, имела внешнюю профессиональную аккредитацию и не была связана ни с клиникой «Тихая гавань», ни с людьми Владислава. Такое заключение могло оказаться весомее двух предыдущих.

Ехать решили поездом, чтобы не привлекать внимания знакомой машиной. Билеты Максим оформил через своего заместителя. При посадке Оксана предъявила временное удостоверение. Почти всю дорогу она спала у окна, склонив голову к плечу и сложив руки на коленях.

Максим сначала пытался читать договор по очередному проекту, делал пометки, возвращался к одним и тем же пунктам, но вскоре понял, что не воспринимает текст. В голове звучала фраза неизвестного: «Пока это добровольный выбор». Владислав действовал осторожно и пока ограничивался словами, а значит, готовил более точный удар. Эта мысль не пугала Максима, но не позволяла расслабиться.

После приезда он снял квартиру в десяти минутах ходьбы от клиники. В ней было две комнаты, небольшая кухня и пустой холодильник; ключи хозяйка оставила в кодовом замке, поэтому встречаться с ней не пришлось. Оксана осмотрелась и предложила сходить за продуктами. Максим машинально собрался идти вместе, но она остановила его.

— Я могу сама дойти до магазина, — сказала Оксана. — Дайте мне хотя бы полчаса побыть обычным человеком, которого никто не прячет и не сопровождает.

Он дал ей деньги и остался ждать. Через сорок минут Оксана вернулась с хлебом, сыром, яйцами и апельсинами. Она сварила кофе, очистила один апельсин и поставила перед Максимом тарелку с аккуратно разделенными дольками. Когда он поблагодарил, она тихо ответила, что сама говорит ему спасибо каждый день…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇