Муж слишком часто заходил к соседке, но правда оказалась совсем не такой, как ожидала жена
— Ты лучший! — Мирон сорвался с места и убежал из кухни, уже забыв о боли.
— Сорванец, — ласково сказала Марина, убирая со стола тарелки.
— Весь в меня, — с довольной гордостью ответил Андрей.
После этого жизнь вернулась в привычное русло, как будто двор, велосипед и поцарапанная дверца машины остались где-то далеко позади. Мирон быстро перестал вспоминать о падении, шрам на локте постепенно побледнел, Андрей починил велосипед, и по вечерам в квартире снова звучали привычные семейные разговоры. Только между Мариной и Натальей окончательно выросла холодная стена. В подъезде их уже за глаза называли то заклятыми соседками, то двумя грозовыми тучами, которые лучше не сталкивать в одном пространстве. Андрей об этом знал, но вмешиваться не спешил. Он был уверен, что женские обиды устроены по особым законам, куда мужчине лучше не лезть без крайней необходимости.
Правда, однажды он всё-таки рассказал о ситуации своему давнему приятелю Руслану. Они учились вместе, дружбу сохранили и теперь иногда встречались после работы. Руслан давно развёлся и относился к семейной жизни с мрачным скепсисом: бывшая жена успела больно задеть его самолюбие, и с тех пор он считал доверие роскошью для наивных. Он не раз говорил Андрею, что человеку проще починить мотор после серьёзной поломки, чем восстановить брак после предательства. Андрей обычно отмахивался от этих разговоров, потому что свою семью считал крепкой, а Марину — человеком, рядом с которым не нужны проверки и подозрения.
— Слушай, у меня тут странная история, — начал Андрей, когда они сидели в небольшом кафе у окна.
— У тебя опять семейные тайны? — Руслан усмехнулся. — Давай, удивляй.
— Ты знаешь Наталью Мельник? У неё салон «Лотос».
— Кто ж её не знает, — Руслан чуть выпрямился, и взгляд у него стал мечтательно-рассеянным. — Такая женщина мимо пройдёт, а воздух ещё минуту стоит на месте.
— Эй, вернись, — Андрей помахал ладонью перед его лицом. — Я не про твои фантазии спрашиваю…
