Мужчина уже готовился к решению врачей, когда неожиданная встреча у больницы заставила его задуматься
Кира плакала и говорила сбивчиво:
— Я вызвала скорую, но они всё не ехали. Я так испугалась, что даже не сразу вам позвонила. Потом сама отвезла её в больницу. Она не приходит в себя. Врачи посмотрели и… Вам лучше приехать. Пусть они сами всё объяснят.
— Кира, говори! Что с ней? — закричал он.
Но в ответ слышал только рыдания.
Через двадцать минут он уже был в больнице. Когда увидел дочь без сознания на белой койке, с закрытыми глазами и неподвижными руками, в нём что-то оборвалось.
История будто решила повториться.
Кира рассказала, что Эвелина упала внезапно, без видимой причины. В больнице провели обследование и сообщили: в мозге девочки обнаружена опухоль. Природа её пока не ясна, но опасность не в этом. Образование растёт и давит на важные участки. Поэтому ребёнок не приходит в сознание. Нужно срочно оперировать.
Такой вывод врач озвучил накануне, а операцию назначили на утро. Времени, по его словам, терять было нельзя.
И вот теперь Андрей Павлович шёл через парк в больницу, уверенный, что сегодня решится судьба его дочери. В голове одна за другой возникали страшные картины: пустая детская, игрушки без хозяйки, ещё одна могила, ещё одно «мы сделали всё возможное». Если бы не странная женщина у ворот парка, он, наверное, так и дошёл бы, не замечая дороги и тонув в ужасе.
Теперь они стояли в палате.
Эвелина лежала среди проводов и приборов. На руке был катетер, рядом капельница, на лице — дыхательная маска. Врач объяснял, что без аппарата девочка не справляется, что опухоль угнетает важные функции, что любое промедление может стоить жизни.
Но выглядела Эвелина почти здоровой. На щеках теплился нежный румянец. Длинные светло-русые волосы рассыпались по подушке и свисали с края кровати. Тёмные ресницы иногда едва заметно дрожали, словно девочка вот-вот проснётся и спросит, почему все вокруг так напуганы.
Андрей Павлович не мог отвести от неё глаз. Он немного разбирался в медицинских показателях и видел: цифры на экранах не выглядят катастрофическими. Но он видел и заключения, снимки, анализы. Даже далёкий от медицины человек понял бы, что документы рисуют страшную картину.
Женщина, пришедшая с ним, молча подошла к кровати. Она внимательно посмотрела на Эвелину, потом резко побледнела.
— Её надо увозить. Сейчас же.
И, не дожидаясь ответа, потянулась к аппаратам.
— Стой! Что ты делаешь?
