Одноклассники считали мой брак очередной неудачей, но на встрече выпускников всё изменилось

Следующие дни прошли будто в тумане. Зато мама заметно оживилась. Она сходила на рынок, принесла мне светло-жёлтое шёлковое платье, хлопотала вокруг меня и бесконечно повторяла, что макияж должен быть лёгким. Больше всего Лидия Степановна надеялась на встречу с Богданом. По словам тёти Галины, он рано осиротел, сам встал на ноги, не пил, не курил и не увлекался азартными играми. Роскоши с таким мужем, говорила мама, может и не быть, зато в доме воцарится покой. Я слушала рассеянно и кивала, лишь бы её не огорчать.

За одну неделю тётя Галина устроила мне девять встреч. Мама торопила: ей казалось, что времени почти не осталось. Каждое новое знакомство оборачивалось разочарованием. Первый мужчина был старше меня лет на двадцать и весь вечер перечислял принадлежащую ему недвижимость. Второй оказался совсем молодым и полностью зависел от родителей. Третий презрительно назвал мою лавку сборищем бесполезных безделушек, на которых невозможно заработать. К четвёртой встрече я уже перестала различать лица и отвечала почти машинально.

Я чувствовала себя вещью, которую стараются поскорее пристроить. После каждого свидания хотелось заявить, что больше я никуда не пойду. Но дома меня ждала мама — с чашкой горького настоя в руках и надеждой во взгляде. Увидев её, я проглатывала возмущение и соглашалась попробовать ещё раз. Десятую встречу назначили на воскресенье в небольшом кафе «Тихий сад». Название звучало немного старомодно, но обещало хотя бы час спокойствия.

К этому дню мама отгладила светло-жёлтое шёлковое платье. Перед выходом я посмотрела в зеркало и увидела бледную, измученную женщину, которой не помогали ни аккуратная причёска, ни косметика.

— Постарайся, доченька, — попросила Лидия Степановна. — Тётя Галина уверяет, что Богдан лучше всех остальных. Он обычный служащий и будет ждать тебя за седьмым столиком у окна.

Я пообещала не опаздывать, взяла сумочку и вышла. «Тихий сад» оказался именно таким, каким я его представляла: небольшим, тихим, без суеты. Седьмой столик я заметила сразу. За ним сидел мужчина в простой белой рубашке и чёрных брюках. Он выглядел опрятно, был коротко подстрижен, а в спокойных чертах лица чувствовалась сдержанная сила. Пока я приближалась, он читал книгу и словно не замечал происходящего вокруг.

Я остановилась на секунду, глубоко вдохнула и напомнила себе, что это последняя попытка. Затем подошла, заставив себя улыбнуться.

— Простите, вы Богдан? Я Оксана. Меня направила тётя Галина.

Мужчина поднял голову. Его ясные глубокие глаза несколько секунд внимательно изучали меня. В них мелькнуло неподдельное удивление, однако почти сразу он вежливо улыбнулся.

— Да, присаживайтесь. Меня зовут Богдан. Что вам заказать, Оксана?

Я попросила горячий чай с имбирём. Он поинтересовался, не простудилась ли я, а я ответила, что просто устала. Разговор поначалу шёл трудно. Богдан представился рядовым сотрудником небольшой фирмы, рассказал, что в детстве остался без родителей, живёт один в съёмной квартире и ездит на старой машине, которая постоянно дребезжит. Его положение и вправду казалось весьма скромным, но именно это меня меньше всего заботило.

Я поймала себя на неприятной мысли, что отсутствие родителей даже упрощает дело: не будет сложных отношений со свекровью, не придётся доказывать чужой семье, что я достойна их сына. Богдан тем временем осторожно заметил, что тётя Галина, вероятно, уже всё мне объяснила. Он тоже хотел создать семью. Эти слова заставили меня решиться.

— Богдан, я не стану притворяться и ходить вокруг да около. Моя мама тяжело больна. Врачи поставили ей последнюю стадию рака. Её единственное желание — увидеть меня замужем, пока она ещё жива.

Он перестал двигаться. Книга уже лежала закрытой на столе. Несколько мгновений Богдан молча смотрел на меня, и в его лице не осталось светской учтивости — только глубокое сочувствие. Я торопливо добавила, что понимаю, насколько безумно всё звучит. Девять предыдущих встреч закончились ничем, сил у меня почти не осталось, а ждать я не могу.

Собрав остатки смелости, я расстегнула сумочку. Вместо зеркальца или помады вынула паспорт и положила перед ним.

— Я не буду спрашивать, сколько вы получаете и есть ли у вас собственное жильё. Мне нужен муж — человек, которого я смогу привести к маме и хотя бы ненадолго успокоить её. Вы могли бы мне помочь?

После этих слов кафе словно стихло. Я слышала только удары собственного сердца. Богдан переводил взгляд с моего лица на паспорт, явно не понимая, как реагировать. Наверняка он считал меня сумасшедшей, и я не могла его осуждать. Тридцатилетняя женщина на первом свидании предлагает незнакомцу немедленно жениться и заранее приносит документы. Если бы знакомые узнали об этом, я сгорела бы от стыда…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇