Разное

Она хотела тихо навестить маму, но знакомая машина и голоса из дома полностью изменили её планы.

Контора Коваленко занимала несколько комнат на третьем этаже делового здания. За своим столом, среди папок и открытых файлов, он выглядел гораздо увереннее, чем на кухне Лидии Степановны.

— Объясните всё с начала и по порядку, — попросила Оксана. — Что потребуется для юридического признания подмены? Что изменится после решения? Сколько времени займёт процесс и какие риски возникнут?

Юрист ответил без канцелярского тумана, и это ей понравилось. Сначала следовало провести официальную генетическую экспертизу с участием Оксаны. Архивные материалы и записи могли подтвердить обстоятельства, однако только современное заключение, основанное на сравнении её образца с теми же биоматериалами, установило бы родство с обоими супругами Дорошенко. Затем предстояло обратиться в суд, добиться признания биологического происхождения и на основании новых обстоятельств потребовать пересмотра наследственного дела.

В состав имущества входили городская квартира, загородный дом, банковские активы и пятьдесят один процент строительной компании «Горизонт». Некоторую часть средств Марина уже потратила, но основные активы оставались нетронутыми.

— Реальный срок? — уточнила Оксана.

— При спокойном ходе дела — от восьми месяцев до полутора лет. Возражения Марины могли бы всё осложнить, но она письменно подтвердила согласие участвовать и не оспаривать результаты.

— Вы подготовили заявление ещё до нашей встречи?

— Я должен был предусмотреть разные варианты. Марина подписала его добровольно.

Оксана приняла ответ кивком.

— Кто сейчас управляет компанией?

— Виктор Олегович Кравченко. Он занимает должность около трёх лет. Марина практически не вмешивалась в его работу.

— Покажите отчётность, которая у вас есть.

Коваленко протянул папку. Уже первые страницы заставили Оксану забыть о личных переживаниях. Она видела знакомый язык цифр, а он говорил яснее людей. Дебиторская задолженность больше года висела без движения. Административные расходы росли без объяснимой причины. Один субподрядчик появился одновременно с назначением Кравченко и с тех пор регулярно получал крупные платежи, хотя результат работ в документах почти не отражался.

Оксана листала таблицы, возвращалась к прежним строкам, сверяла даты.

— Здесь выводят деньги.

— Вы уверены?

— Для окончательного заключения нужен полный доступ. Но эти цифры не выглядят случайной небрежностью. Кравченко либо не контролирует собственную бухгалтерию, либо прекрасно понимает, зачем всё устроено именно так.

— Я давно подозревал неладное, но без полномочий владельца не мог провести полноценную проверку.

— У Марины полномочия пока есть. Значит, она может выдать доверенность.

Оксана закрыла папку.

— Сначала экспертиза. Мне нужен официальный анализ, результат которого примет суд.

— Лаборатория готова принять вас сегодня.

— Тогда едем.

Процедура заняла немного времени. Сотрудница объяснила, что заключение будет готово через пять рабочих дней. Коваленко обещал параллельно собрать остальные документы.

На улице уже темнело. Оксана позвонила мужу.

— Я возвращаюсь. Примерно через три часа буду дома.

— Наконец-то. Ужинать будешь?

— Буду.

— Я приготовил.

— Ты?

— Купил замороженные пельмени и сам сварил. Не преувеличивай моих заслуг.

Оксана впервые за эти дни рассмеялась искренне.

— Богдан, нам предстоит серьёзный разговор.

— Я уже понял. Приезжай.

Домой она добралась около половины одиннадцатого. Богдан открыл дверь ещё до звонка — услышал шаги на лестнице. Внимательно посмотрел, забрал сумку и пропустил внутрь, не задавая вопросов.

На кухне он поставил перед ней тарелку, налил чай и сел напротив.

— Теперь рассказывай.

Оксана изложила всё без пропусков: чёрную машину у калитки, рыдания матери, найденную папку, перепутанные бирки, семью Дорошенко, Марину и встречу с ней. Рассказала о возможном наследстве, предстоящем суде и странной отчётности строительной компании.

Богдан слушал молча. Один раз переспросил, когда услышал примерный размер активов. Оксана повторила сумму, он коротко кивнул и больше не перебивал.

Когда рассказ закончился, муж потёр ладонью лоб.

— Ты веришь, что ошибка действительно произошла?

— Да. Архивные бумаги слишком подробны, а экспертиза скоро подтвердит моё происхождение.

— Значит, биологически ты дочь людей, которых никогда не встречала. Но при этом остаёшься дочерью Лидии Степановны.

— Именно так. Одно другому не мешает.

Он снова задумался.

— А ты сама изменилась?

Оксана не сразу поняла.

— В каком смысле?

— Женщина, вернувшаяся сегодня домой, — та же, которую я проводил на автобус несколько дней назад?

Она проверила ответ внутри себя и сказала честно: