Она пряталась в лесу от преследователей и нашла пропавший бизнес-джет. Сюрприз, который ждал её за дверью кабины
С этой минуты они стали настоящими, полноправными союзниками, ведь торжество справедливости теперь было жизненно необходимо им обоим. Спустя день, навсегда покидая избушку, Дуся в последний раз окинула прощальным взглядом свое временное пристанище и привычно поправила лямки походного короба. Взяв с собой лишь самые скудные запасы вяленой рыбы, она уверенно шагнула в направлении, которое сверяясь с прибором указал ей спасенный пилот.
Из-за травмы Алексея продвигаться сквозь чащу им приходилось очень медленно, так как парень быстро выбивался из сил. Лесная знахарка безропотно взяла на себя абсолютно весь тяжелый походный быт, чтобы облегчить спутнику дорогу. Она сама рубила хвойные ветки для ночлега, добывала воду, разводила огонь и бережно поддерживала спасительный костер по ночам.
Однако на третью ночь их опасного пути случилась непредвиденная и очень серьезная беда. Дуся, вконец измотанная тяжелым дневным переходом, провалилась в глубокий беспробудный сон и совершенно не услышала, как к их стоянке неслышно подобрался прожорливый лесной воришка. На холодном рассвете проснувшихся путников ждало лишь остывшее пепелище и разбросанные вокруг вещи.
Какой-то наглый крупный зверь, привлеченный сильным запахом вяленой рыбы, полностью разворотил их и без того небольшие припасы. Половину еды хищник просто съел, а все остальное безнадежно испортил и безжалостно втоптал в сырую грязь. «Все, нашей еды больше нет», — девушка бессильно опустилась на поваленное дерево, с отчаянием разглядывая разорванный в клочья короб.
«До ближайшей железнодорожной станции по твоим умным приборам идти еще минимум два полных дня, мы просто не дойдем без крошки во рту». Она физически чувствовала, как от накатившего уныния внутри у нее буквально все опускается и холодеет. Острый голод и накопившаяся за эти недели смертельная усталость навалились на беглянку разом, полностью лишая ее последних остатков воли.
Заметив ее состояние, Алексей молча подошел и тяжело опустился на бревно рядом со своей поникшей спутницей. Он долго и упорно копался в глубоком боковом кармане своего грязного комбинезона, а затем с улыбкой протянул ей крошечный обломок черствого сухаря. «Ешь давай, боевая подруга, тебе сейчас эти калории гораздо нужнее, ведь это ты нас обоих на себе тащишь», — подбодрил он девушку.
«А как же ты сам?» — она с искренним удивлением подняла на него свои заплаканные глаза, не решаясь взять угощение. «А я, назло всем врагам, обязательно дойду на одной только чистой злости», — гордо ответил юрист. При этом он попытался ободряюще улыбнуться, хотя его пересохшие губы сильно потрескались от постоянной жажды и ветра.
«Ложись прямо здесь и спокойно поспи еще хотя бы пару часов до полного рассвета. Я пока посижу на вахте и покараулю наш лагерь от новых незваных гостей. Если кто-то из хищников снова сунется в наши вещи, я заору так громко, что звери в ужасе разбегутся».
Дуся по привычке хотела резко возразить, но внезапно увидела в его уставших глазах такую непоколебимую, спокойную мужскую уверенность, что спорить просто не решилась. Она лишь с благодарностью взъерошила светлые волосы на его макушке, быстро сгрызла крошечный кусок спасительного хлеба и тут же забылась тяжелым сном. В то холодное туманное утро девушка впервые за последние годы отчетливо почувствовала, что ей больше не нужно защищаться от всего огромного мира в полном одиночестве.
Весь оставшийся долгий путь до цивилизации слился для них в одно сплошное, бесконечное серое марево. Изможденные путники упрямо шли вперед сквозь бурелом, из последних сил поддерживая друг друга под руки. При этом Алексей, этот изнеженный городской работник, как она пренебрежительно называла его про себя раньше, ни разу вслух не пожаловался на невыносимые трудности.
Он сверялся с прибором и молча направлял их к заветной цели с пугающим, первобытным упрямством раненого хищника. На исходе пятого дня изнурительного пути, когда жизненные силы уже окончательно покинули измученных людей, густой лес наконец-то расступился перед ними. Далеко впереди сквозь шум ветра явственно послышался долгожданный, пронзительный гудок приближающегося товарного локомотива.
Беглецы как вкопанные замерли на опушке, неверяще глядя на тускло блеснувшие в лучах заката стальные рельсы и небольшое кирпичное здание железнодорожной станции. Так они и стояли обнявшись — невероятно грязные, обросшие, истощенные до самого предела, но зато абсолютно живые и непобежденные. Спустя минуту оцепенения Алексей радостно выдохнул и очень осторожно коснулся напряженного плеча Дуси своей здоровой рукой…
