Она считала, что пожертвовала личным счастьем ради дочери, но увиденное ночью в доме мужа изменило всё
После церемонии был праздничный, шумный, веселый ужин. Соня носилась между гостями, счастливая и возбужденная. Она уже называла Дмитрия папой Димой, а он относился к ней как к родной дочери.
«Мама, — шепнула она мне, когда мы на минуту остались одни, — теперь у меня есть папа и дедушка. Настоящая семья, да?» — «Да, детка. Настоящая семья».
Мы переехали в другой город: там была работа Дмитрия, там был его дом. Но каждый месяц мы приезжали к Виктору Андреевичу. Соня проводила у дедушки все каникулы.
Он учил ее играть в шахматы — она делала успехи. Читал ей книги, гулял с ней в саду. Был тем дедушкой, о котором мечтает каждый ребенок.
Первый год пролетел незаметно. Мы с Дмитрием притирались друг к другу, учились жить вместе. Он оказался спокойным, терпеливым, надежным.
Не повышал голос, не хлопал дверями. Когда мы ссорились — а мы ссорились, как все нормальные пары, — он первым шел мириться. «Я не хочу засыпать в ссоре», — говорил он.
Жизнь слишком коротка для обид. Соня привыкла к новой школе, завела подруг. Ее хронический бронхит остался в прошлом. Она была здоровым ребенком, розовощеким, веселым.
Она все еще была тихой, задумчивой, но это была уже не забитость, а характер. Мечтала стать врачом, чтобы помогать людям, как когда-то помогли ей. Виктор Андреевич настоял, чтобы я получила образование.
«У тебя светлая голова, — сказал он. — Грех ее не использовать». Оплатил учебу, несмотря на мои протесты.
Я поступила на заочное отделение педагогического факультета, как мечтала когда-то. Совмещала учебу с домом, с семьей. Было трудно, но я справлялась.
Через год после свадьбы я узнала, что беременна. Сказала Дмитрию вечером, когда Соня уже спала. Он смотрел на меня несколько секунд, не веря, а потом схватил в охапку и закружил по комнате.
«Ты серьезно? Правда? Я буду папой. Я буду папой!» Он смеялся и плакал одновременно.
Потом позвонил Виктору Андреевичу, несмотря на поздний час. «Дядя, ты скоро станешь дедушкой». Я слышала в трубке радостный возглас старика.
Беременность протекала легко. Дмитрий носился со мной, как с хрустальной вазой, не давал поднять ничего тяжелее чашки. Соня гладила мой растущий живот и разговаривала с братиком или сестренкой.
«Хочу братика, — заявила она однажды. — Буду его защищать». — «А если сестренка?» — «Тогда тоже буду защищать».
«Я же старшая». Сын родился в срок, здоровым крепышом. Назвали Виктором в честь человека, который изменил нашу жизнь…
