Патрульные решили воспользоваться положением женщины, не подозревая, кем она окажется на самом деле.

— Свидетелей не заталкивают в машину. Назовите время и причину доставления.

Коваленко сел за руль. Шесть лет в патруле научили его различать опасность раньше, чем она приобретала ясную форму. Сейчас опасностью был не крик и не толпа, а тишина в машине, пока Виктор вертел чужой телефон, а женщина смотрела на красный огонёк нагрудной камеры Павла.

Она заметила, что камера работает. Виктор немедленно приказал её выключить. Павел возразил, что запись должна продолжаться при контакте с человеком, но напарник наклонился к нему через спинку кресла и тихо пригрозил объяснением за сорванную операцию. Порядок Павел знал наизусть: запись нельзя прерывать по просьбе коллеги, а о неисправности следовало сразу сообщить дежурному. Ему требовалось лишь произнести по связи номер машины и сказать, что в салоне находится доставляемая женщина. Тогда появилось бы время, которое уже нельзя переписать задним числом. Коваленко не нажал кнопку отключения, однако прикрыл объектив краем сигнального жилета и не вышел в эфир. Он успокоил себя тем, что звук, возможно, сохранится, а позже он всё объяснит. Этот маленький трусливый компромисс сразу сделал его соучастником.

Незнакомка представилась Ларисой Савчук. Обычное удостоверение личности лежало в сумке, но Виктор даже не попытался его посмотреть и вместо этого потребовал код от телефона. Лариса спросила, почему за несколько минут превратилась из свидетеля в подозреваемую в краже. Белов только усмехнулся и снова проверил собственный экран.

На первом перекрёстке ему пришло сообщение. Прочитав его, он приказал поворачивать не к подразделению, а к старому служебному гаражу возле административных складов. Павел спросил, зачем они едут туда. «Смирнов ждёт», — коротко ответил Виктор.

Лариса чуть подалась вперёд и заметила, что начальник уже знает о ней, хотя экипаж никому не сообщил даже её имени. Потом спросила, что именно Смирнов описал утром: зелёный платок или ещё и серую сумку. Павел сильнее сжал руль. Она не могла слышать закрытый разговор, но назвала обе детали. Виктор побледнел и впервые за всё время отвёл взгляд.

Старый гараж использовали для хранения сломанной мебели, дорожных конусов и списанного оборудования. Ворота закрывались неплотно, внутри пахло пылью и машинным маслом. Смирнов стоял у бокового входа, словно вышел на минуту, открыл заднюю дверь и молча осмотрел Ларису.

Виктор доложил, что женщина сняла передачу конверта и отказалась разблокировать телефон. Начальник не спросил ни её имени, ни причины доставления. Он взял серую сумку, поставил на старый стол и натянул тонкие перчатки.

Лариса потребовала оформить осмотр и вести непрерывную запись. Смирнов заявил, что лишь проверяет вещи на наличие опасных предметов. В основном отделении находились кошелёк, очки, косметичка, зарядный провод, маленький блокнот и папка с листами. На усиленной ручке одна металлическая заклёпка чуть отличалась от остальных. Павел заметил это, когда край сумки повернулся к свету, но Смирнов уже перешёл к бумагам и не стал ощупывать жёсткую ручку.

Смирнов раскрыл её обычное удостоверение личности, сверил фотографию и адрес, но не стал заносить данные ни в бланк, ни в журнал. Он дважды провёл пальцами по свободной подкладке, заглянул в косметичку и ощупал карманы. Затем сжал усиленную ручку, постучал по ней ногтем и оставил в покое. Чтобы добраться под технический шов, пришлось бы разрезать плотную ленту или вырвать заклёпки. Начальник посмотрел на Павла и отложил сумку, не оставив такого явного повреждения. Коваленко видел тщательность поиска, но не понимал, чего именно тот боится — второго телефона, денег, журналистского удостоверения или документа, который изменит положение самой Ларисы…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇