Перед свадьбой отец тайно установил камеру в машину жениха, и запись изменила всё

— Нет, — спокойно ответил Даниил. — Сначала доступ к счетам, бумагам и основным документам. Потом можно будет двигаться дальше.

— А ее отец?

— Старик что-то чувствует, — усмехнулся Даниил. — Но уже поздно. Лера у меня в руках.

Григорий сжал кулаки так, что пальцы побелели.

Но самое страшное прозвучало немного позже.

Женщина тихо рассмеялась.

— Надеюсь, теперь все выйдет аккуратнее, чем с прошлой.

Даниил равнодушно посмотрел в лобовое стекло.

— На горных дорогах всякое случается. Особенно после медового месяца. Главное — правильно все устроить.

В кабинете повисла такая тишина, будто в нем вдруг исчез воздух. Григорий смотрел на экран и не мог заставить себя вдохнуть. Там, на записи, человек, которого его дочь собиралась назвать мужем, спокойно вел машину и так же спокойно обсуждал ее смерть.

Из сервиса Григорий вышел глубокой ночью, но домой не поехал. Он остановился возле пустого сквера и долго сидел в темной машине, снова и снова прокручивая услышанное. Разум отчаянно искал объяснения. Может, это была чудовищная шутка. Может, речь шла о чем-то другом. Может, он неправильно понял.

Но голос Даниила не оставлял места для самообмана. В нем не было ни сомнения, ни страха, ни случайности. Только расчет.

Григорий вспоминал Леру: как она выбирала платье, как улыбалась, показывая фотографии зала для торжества, как смущенно рассказывала, что наконец-то счастлива. Она строила будущее. А рядом с ней уже шел человек, который мысленно просчитывал выгоду после ее гибели.

Под утро Григорий приехал к своему младшему брату Максиму. Тот много лет работал в следствии, а потом ушел на пенсию после тяжелой травмы. Возраст не лишил его главного качества: он видел детали, которые другие пропускали.

Григорий не стал ничего объяснять. Просто включил запись.

Когда видео закончилось, лицо Максима стало каменным.

— Ты уверен, что файл настоящий?