Старушка в автобусе дала Наталье странный совет о подаренной цепочке, и вскоре он неожиданно пригодился

И она жила. Готовила ужин: макароны с котлетами, борщ из вчерашней курицы, гречку с подливой. Смотрела телевизор, сидя на диване, пока Тарас щёлкал мышью за столом.

Ложилась с ним в одну кровать, слушала его дыхание в темноте и лежала без сна, глядя в потолок. Утром вставала, варила кофе, уходила на работу. Всё как всегда.

Всё так, будто ничего не произошло. Тарас дважды за эти дни спрашивал о цепочке. Первый раз за ужином, между прочим, ковыряя вилкой котлету.

«Ну что? Отнесла в мастерскую?» Оксана ответила, что ещё нет, не успела. Второй раз утром в субботу, когда она собиралась в магазин.

«Оксан, ну что ты её не носишь? Я же старался, выбирал. Обидно даже». Голос был мягким, почти обиженным, но Оксана снова поймала этот взгляд, быстрый, цепкий, направленный на её шею, как будто он проверял.

«На следующей неделе надену, — сказала она. — Обещаю». Он кивнул и отвернулся.

На четвёртый день, во вторник, Оксана отпросилась с работы после обеда, сказала начальнику, что надо к врачу. Поехала в лабораторию. В коридоре было пусто: только гудели лампы под потолком.

Она назвала номер заявления, и ей вынесли конверт. Она села на стул у стены и вскрыла конверт негнущимися пальцами…