Студентка уехала за любимым в Афганистан, не подозревая, насколько тяжёлой окажется её новая жизнь

Почему ей было не верить? Перед ней сидел образованный человек, студент того же большого университета, читавший сложные книги, знавший стихи, носивший джинсы, смеявшийся над теми же шутками. Он был живым доказательством собственных слов.

К ноябрю она уже понимала: влюбилась. Не легко, не поверхностно, не как в школьные годы. По-настоящему. Так, что мысли о нем появлялись раньше всех остальных.

Он говорил, что она не похожа ни на кого, что женщины из ее мира умеют быть сильными и нежными сразу, что он думает о ней постоянно. Слова были простыми, но попадали точно туда, где у нее не было защиты.

Зимой 1985 года он впервые заговорил о свадьбе.

Без театральности. Спокойно, серьезно. Сказал, что хочет видеть ее своей женой. Что после защиты они уедут вместе. Что он покажет ей свой город, познакомит с родными, что у нее будет просторный дом, что семья примет ее с уважением. Там, уверял он, нужны образованные люди. Она сможет закончить работу, преподавать, заниматься историей.

Ирина спросила:

— А война?

— В столице спокойно, — ответил он. — Там живут специалисты, работают учреждения, ездят автобусы, открыты магазины. Бои далеко. Не там, где моя семья.

— А твои родные? Я ведь чужая для них.

— Они образованные люди. Они понимают, что мир меняется.

— А университет? Диплом? Аспирантура?

— Ты все закончишь. Или продолжишь там. У нас есть университет. Ты не потеряешь себя, Ира.

На каждый вопрос у него находился ответ. Ровный, логичный, уверенный. Много лет спустя можно было бы сказать, что Самир умел чувствовать чужие сомнения и закрывать их нужной фразой. Но тогда Ирина видела только любовь.

Она сказала:

— Мне нужно подумать.

— Конечно, — мягко ответил он. — Я подожду.

Она думала три недели. Потом сказала «да».

Лариса всплеснула руками:

— Ты сошла с ума?

Марина молчала, но смотрела тревожно.

Саида тихо произнесла:

— Ира, будь осторожна. Я не все знаю, но кое-что понимаю. Там бывает иначе, чем рассказывают.

Ирина улыбалась:

— Вы просто не знаете его.

Эту фразу она повторяла всем. Подругам. Родителям. Научному руководителю. Самой себе.

Вы просто не знаете его.

Влюбленный человек часто не слышит, как опасно это звучит. Потому что за этой фразой прячется другая: я тоже знаю только ту часть, которую мне позволили увидеть.

Весной 1985 года Ирина поехала домой. Не столько отдохнуть, сколько сообщить родителям о своем решении. По телефону она ничего не рассказывала. Понимала: такой разговор нельзя вести через треск провода и короткие паузы.

Она приехала, поставила чемодан в комнате, поела мамин обед, помогла убрать со стола. Потом, когда все сидели за чаем, сказала:

— Мама, папа, я выхожу замуж. За иностранца. Мы уедем к нему…