Судьба целой деревни оказалась в руках одного МУЖЧИНЫ. ДЕЗЕРТИР стал её последней НАДЕЖДОЙ на будущее…
После долгих раздумий Крылов вернулся в контору и объявил Евдокии, что ничего не обнаружил. Проверка закончится на следующий день. Председательница решила, что ослышалась, но майор повторил сказанное и назвал условие: прежде чем уехать, он хочет увидеть человека из подполья, ради которого деревня столько лет рисковала.
Евдокия открыла потайной люк и позвала Ивана. Несколько суток в темноте сделали его ещё более измождённым. Крылов спросил, действительно ли тот дезертир и является ли отцом похожих детей. Иван дважды кивнул. Майор с горькой усмешкой заметил, что беглец спас больше жизней, чем некоторые награждённые участники войны, и протянул ему руку.
Это рукопожатие не означало бескорыстного прощения. Ночью Крылов объяснил Евдокии настоящую цену молчания. Он напишет благоприятный отчёт и остановит будущие проверки, но хочет получить то же место, которое деревня дала Степану. Майор устал от службы, войны и постоянной лжи; закрытая община показалась ему странной, но живой альтернативой прежнему существованию.
Крылов обещал использовать связи для защиты деревни. Евдокия почувствовала новый страх: два мужчины уже нарушили равновесие, третий делал систему ещё менее управляемой. Отказать она не могла — судьба всех находилась в руках майора. Она потребовала, чтобы он официально ушёл со службы, оборвал контакты с прошлым и поселился здесь как отставной инвалид войны.
Сергей Павлович согласился. Через месяц он получил увольнение по состоянию здоровья, небольшое содержание и исчез из прежней жизни. В деревне его встретили настороженно. Снятая форма не стирала памяти о человеке, который ещё недавно мог арестовать каждую из них. Но Крылов вёл себя мягко, не просил особых привилегий и не вмешивался в соперничество Ивана со Степаном.
Первые недели женщины ожидали от него скрытой проверки и не верили, что бывший майор действительно порвал с прежней службой. Крылов не пытался заставить их доверять. Он жил тихо, не требовал привилегий и не вмешивался в соперничество Ивана со Степаном. Когда его связи несколько раз остановили новые проверки ещё до приезда чиновников, страх постепенно сменился осторожным уважением.
В отличие от Воронова, бывший майор не стремился немедленно управлять хозяйством. Его власть существовала за пределами деревни: одного письма или разговора хватало, чтобы отменить проверку. Именно поэтому влияние Крылова было особенно сильным. Он редко напоминал о своей услуге, но каждый понимал, что без него тайна может открыться в любой момент.
Он действительно стал защитником общины. Благодаря его прежним знакомствам новые проверки прекращались ещё до приезда. Однако появление третьего мужчины окончательно разделило женщин на лагеря. Степан видел в майоре конкурента, Иван ещё глубже уходил в пьянство и одиночество, а молчаливое влияние Крылова давило даже тогда, когда он ничего не требовал.
Евдокия больше не могла вернуть прежнее единство. Суровая зима и плохой урожай усилили раздоры, но главной проблемой становились дети. Старшим исполнилось по пять лет. Они спрашивали, почему у них нет отцов, почему все называют трёх мужчин дядями и отчего многие дети так похожи. Сказки, которыми взрослые отвечали раньше, переставали работать…
