Свекровь набрала дорогих вещей в моём магазине, не подозревая, что на кассе всё изменится

Через несколько дней курьер доставил в «Аурелию» большую корзину с фруктами и белыми орхидеями. Наталья ахнула так громко, что из примерочной выглянула клиентка.

— Оксана Романовна, это вам! Тут карточка.

На плотной бумаге было написано всего несколько строк: благодарность за помощь и надежда на новую встречу. Подпись — Вадим.

Оксана долго держала карточку в руках. Подарок был красивым, ненавязчивым и очень личным. Никто давно не делал для неё ничего подобного. Андрей дарил цветы по датам, часто с видом человека, который выполнил обязательный пункт. Здесь не было обязанности. Только внимание.

Весь день она думала, стоит ли отвечать. Страх поднимался привычной волной: новые отношения — это риск. Снова довериться. Снова впустить кого-то в жизнь. Снова однажды услышать, что твоё — это уже не твоё. Но вместе со страхом было другое чувство, тёплое и лёгкое. Ей хотелось написать.

Вечером она нашла контакты архитектурного бюро, владельцем которого оказался Вадим Корнейчук, и отправила короткое письмо с благодарностью. Ответ пришёл почти сразу.

Он пригласил её поужинать после праздников, сославшись на желание обсудить интерьер одного ресторанного проекта. Оксана улыбнулась этому прозрачному предлогу и согласилась.

Новый год она встречала с Яной. Они приготовили лёгкий ужин, открыли хорошее игристое, долго смеялись и вспоминали, как ещё недавно сидели в сквере у полиции, празднуя совсем другую победу.

— Что загадала? — спросила Яна после полуночи. — Нового принца?

— Просто быть счастливой, — ответила Оксана. — А уж с принцем, без принца, с собакой или с двумя продавщицами — жизнь разберётся.

После праздников они с Вадимом встретились в ресторане с панорамными окнами. Помещение и правда оказалось его проектом: лаконичный интерьер, мягкий свет, смелое сочетание грубой фактуры и изящных деталей.

— Ну как? — спросил он, когда они сели.

— Сильно. Здесь есть характер. Не просто дорого, а живо.

Вадим заметно обрадовался не комплименту, а тому, что она увидела именно это. Вечер потёк легко. Он рассказывал о работе, путешествиях, старом кино, джазе. Оксана говорила о бутике, о клиентах, о том, что мечтает когда-нибудь создать собственную линию одежды. Про развод упомянула коротко, без подробностей. Вадим не стал расспрашивать, только сказал:

— Ты очень много вынесла. И всё равно не ожесточилась.

— Я не уверена, — честно ответила она.

— А я вижу.

Он проводил её домой. У подъезда не пытался приблизиться слишком быстро, не играл в уверенного завоевателя. Просто взял её руку.

— Спасибо за вечер. Можно я позвоню завтра?

— Можно. И давай уже на ты.

Он позвонил. Потом ещё раз. Встречи стали регулярными: кино, концерты, прогулки по заснеженным улицам. Вадим не давил, не учил, не пытался занять собой всё пространство. Рядом с ним Оксана впервые за долгое время чувствовала не тревогу, а спокойствие. Как будто рядом горел ровный свет, к которому можно подойти ближе, не боясь обжечься…