Свекровь распорядилась моей икрой как своей и велела оставить её гостям, но я решила иначе

Нога Сергея поехала вперёд. Его корпус резко откинуло назад. Рука, вытянутая для эффектного приёма, промахнулась мимо.

Тяжёлая двухлитровая стеклянная банка со свистом пролетела мимо пальцев. Гравитация вступила в свои права. Снаряд весом почти три килограмма, наполненный деликатесом, встретился с препятствием.

Этим препятствием оказался Серёжин лоб. Звук был такой, словно кто-то ударил киянкой по спелому арбузу. Глухой, мощный, резонирующий.

Стекло раскололось, не выдержав удара. Сергей даже не вскрикнул. Его глаза закатились, руки безвольно повисли.

Тело рухнуло на пол, как спиленное дерево, сложившись пополам. Осколки банки брызнули во все стороны с оглушительным звоном. По дорогому керамограниту, словно рой оранжевых пчёл, покатилась красная икра.

Она была везде. На шкафчиках, на штанах Максима, на тапках свекрови, на отрешённом лице Сергея. Ирина даже не дрогнула.

Она лишь чуть наклонила телефон, чтобы взять в идеальный фокус поверженного мужа и рассыпанный по полу отцовский подарок. На секунду в кухне повисло такое молчание, что было слышно, как гудит мотор холодильника и как Боцман слизывает закатившуюся под уголок икру. А потом начался хаос…