У могилы состоятельного человека она подняла чужой кошелёк, не зная, что находка изменит всё
— Мачеха и сводный брат, — ответил он. — После смерти отца они решили забрать всё, что ему принадлежало. Активы, компанию, счета, недвижимость. Я приёмный сын, но отец всегда считал меня родным. К тому же я старше Максима. В этом году мне исполняется тридцать пять, и по условиям семейных документов именно я должен был получить основное право управления отцовским делом.
— Значит, они решили убрать вас? — Оксана произнесла это почти шёпотом.
Тарас усмехнулся без радости.
— Сначала мне повредили тормоза. Водителя подкупили, машину подготовили так, чтобы всё выглядело как авария. Я чудом выжил. Успел выбраться за несколько секунд до того, как автомобиль вспыхнул. Потом было нападение возле работы. Тёмный переулок, человек с ножом, два удара.
Он приподнял рубашку. Оксана увидела два длинных грубых шрама рядом с сердцем. Кожа вокруг них была неровной, словно тело до сих пор помнило каждый миллиметр боли.
— Ещё немного — и я бы действительно оказался здесь, — Тарас кивнул на собственную могилу. — Я понял, что третьего раза ждать нельзя. Подстроил всё так, будто моя машина сорвалась с моста в воду. Пришлось заплатить за нужные бумаги и заключения, но план сработал. Валерия и Максим решили, что меня больше нет. А мне нужно было время, чтобы понять, как доказать их вину.
Оксана смотрела на него, забыв даже о страхе. В этой истории было слишком много знакомого: деньги, родные люди, которые оказываются хищниками, следы, которые исчезают, и правда, которой никто не хочет заниматься.
— И гроб? — спросила она. — Там…
— Пусто, — спокойно сказал Тарас. — Не бойтесь. Никого там нет. Я прихожу сюда иногда, чтобы смотреть на эту плиту и помнить, насколько близко всё было. Это помогает не сойти с ума и не забывать, ради чего я скрываюсь.
Оксана помолчала. Потом достала из кармана кошелёк и протянула ему.
— Я нашла его здесь. Несколько дней назад. Сначала подумала… В общем, подумала, что это какая-то чертовщина. Документы ваши, памятник ваш, а кошелёк новый. Я не понимала, как такое возможно. Простите, деньги я потратила. Там было немного, а мне нечего было есть. Но карты и документы не трогала.
Тарас взял кошелёк. На его лице не было злости.
— Спасибо, что вернули. И за деньги не извиняйтесь. Видимо, вам они были нужнее, чем мне в тот момент.
Эти простые слова неожиданно задели Оксану сильнее, чем ругань. Она опустила глаза, чтобы он не увидел слёз. Давно уже никто не говорил с ней так — без презрения, без подозрения, без желания поставить на место.
— А вы не пробовали обратиться к следствию? — спросила она, справившись с собой. — Если вас пытались убить дважды…
— Пробовал искать доказательства, — ответил Тарас. — Но всё слишком косвенно. Мачеха умная. Максим глупее, но осторожность у него от неё. Они везде оставляли прослойки: водители, посредники, чужие телефоны, наличные расчёты. Мне нужны прямые улики. Без них я просто воскресший сумасшедший, который обвиняет богатую вдову и её сына.
Оксана горько усмехнулась.
— Я знаю, каково это, когда правда никому не нужна…
