Свекровь решила проверить, почему я сплю в выходной, но явно не ожидала моей реакции на ее утренний визит

Шаги были слишком уверенными для случайного гостя. Человек знал, куда идти, и не пытался соблюдать тишину. Оксана ещё надеялась, что шум вплетается в сон, но хлопок двери и знакомая интонация свекрови окончательно вернули её в комнату. Воспалённые от недосыпа глаза открывались с трудом.

Через минуту дверь спальни распахнулась без стука. В проёме возникла Галина Петровна в бордовом плаще. За её плечом мялся заспанный Богдан в семейных трусах, безуспешно пытаясь втянуть живот.

— Сынок, почему твоя жена спит до обеда в собственный выходной? — громко спросила свекровь. — Я пришла сделать вам сюрприз, пирожки принесла, а она лежит. Так весь день проспит, пока ты голодный и совсем худой.

Подобные вторжения были частью давно знакомого представления. Галина Петровна рассчитывала, что невестка испугается, начнёт извиняться, вскочит, накинет халат и поспешит ставить чайник. Чувство вины за право на отдых всегда было удобным способом заставить Оксану обслуживать незваную гостью.

Богдан при таких сценах обычно оставался в стороне. Он не приглашал мать уйти и не защищал жену, а делал вид, что спор возник сам по себе и никак его не касается. Если Оксана возмущалась, муж потом просил её быть мягче: мать ведь желает добра. Если она молчала, Галина Петровна воспринимала это как согласие. Удобный порядок устраивал обоих.

Но на этот раз свекровь не учла, что невестка не спала почти двое суток…