Я хотела удивить мужа новостью о новом доме, но вскоре поняла, что молчание было правильным решением

Через неделю после суда Катерина стояла в холле коттеджа и смотрела, как солнечный свет ложится на светлый пол. Она уже много раз открывала эту дверь, но всё ещё не привыкла к мысли, что пространство принадлежит ей. Не нужно спрашивать, куда поставить кресло. Не нужно выслушивать, что картина слишком яркая, диван слишком мягкий, а её вкус «скучный». Здесь не было чужого раздражения.

Позвонила София Григорьевна.

— Катерина Андреевна, первая часть компенсации поступила.

— Уже? — удивилась Катерина. — Я думала, он будет тянуть до последнего.

— Похоже, его представитель объяснил последствия. К тому же я дала понять, что при просрочке мы начнём принудительное взыскание.

Катерина подошла к окну. Участок был ещё неухоженным: сухая трава, несколько старых кустов, неровная дорожка. Но она уже видела там розы, яблоню, маленькую скамейку у забора.

— А с остальной суммой?

— Он пытается продать ту квартиру. Судя по всему, банк тоже стал требовать выплаты, а у него начались просрочки.

— Алина?

— Насколько я понимаю, она больше не настроена его спасать.

После разговора Катерина долго ходила по комнатам и мысленно расставляла мебель. Денег оставалось немного: почти всё ушло на покупку дома. Но теперь ей не нужно было содержать двоих и прикрывать чужие расходы. Она могла планировать спокойно, без того постоянного внутреннего сжатия, с которым жила последние годы.

Вечером приехала Нина, её близкая подруга и коллега. Она вошла в дом, остановилась посреди холла и присвистнула.

— Катя, это же не дом, а мечта. Ты понимаешь, что если бы сказала ему в тот день, он бы вцепился зубами?

— Понимаю, — Катерина поставила чайник. — Я ведь собиралась вечером сказать: «Любимый, у нас теперь есть дом».

Нина поморщилась.

— И он бы сразу начал считать, какая доля его. Или ещё хуже — придумал бы, как использовать это для своей Алины.

— Иногда молчание действительно спасает.

Они пили чай на кухне, где пока стоял только временный стол и две разные чашки. Нина рассказывала про брата, который занимался ремонтами, и предложила познакомить их. Катерина согласилась. Ей было непривычно принимать помощь, но впервые за долгое время она не чувствовала, что должна за неё оправдываться.

Перед отъездом Нина задержалась у двери.

— Только поставь сигнализацию. И камеры. Я серьёзно.

— Думаешь, он способен на что-то?

— Люди, у которых рушится привычная власть над другим человеком, иногда ведут себя хуже, чем от них ждёшь.

Катерина кивнула. Она тоже думала об этом, хотя не хотела признавать. Тарас был трусливым, но трусость не всегда делает человека безопасным. Иногда она просто заставляет вредить исподтишка…