Я вышла замуж, считая себя бесплодной, но через два месяца врач сказал то, к чему я не была готова

На первую встречу Олег Степанович пришел в темно-синей куртке. Волосы у него были густые, но седина уже выбивалась заметными нитями. Он выглядел старше своих сорока одного, однако в этом не было дряхлости — скорее усталость человека, который долго тащил на себе слишком многое.

В ресторане он протянул мне меню.

— Выбирай, что тебе хочется.

Я заказала самое дешевое блюдо, которое нашла. Он посмотрел на меня поверх меню, ничего не сказал и добавил еще несколько позиций: рыбу, мясо, горячий суп.

— Мы столько не съедим, — тихо заметила я.

— Не съедим — останется, — ответил он просто.

Мы просидели почти весь вечер. Он рассказывал, что занимается строительными материалами, что начинал без поддержки, долго выбирался из бедности, но выбрался. О бывшей жене говорил ровно, будто пересказывал чужую историю. Она, по его словам, считала его скучным, старым, неромантичным и ушла к мужчине, который умел красиво двигаться и красиво обещать.

Потом Олег Степанович сказал, что хочет семью. Не шумную картинку для чужих глаз, а дом, где вечером кто-то ждет, где можно поставить чайник и услышать живой голос. О детях он упомянул сам:

— Будут — хорошо. Не будут — значит, так сложится. Я никого не собираюсь мучить.

Я смотрела ему в глаза. Они были усталые, но прямые. И я тогда поверила. Как же легко мне всегда давалась вера, когда очень хотелось опереться хоть на кого-то…