Женщины осуждали новую жену сына, пока на следующий день не увидели её совсем с другой стороны

— Скажи мне по правде, что он в ней нашёл? Смотреть же больно. Маленькая, невзрачная, ещё и лицо такое. А как дети пойдут? Ты бы с сыном поговорила, пока жизнь не привязала крепче.

Катерина Саввична не повысила голоса, только повернула к соседке лицо.

— Поздно для чего? Они дали друг другу слово. Живут тихо, работают, ссор я от них не слышу. Чего тебе не хватает?

— Да разве такую можно любить? — Ульяна сокрушённо повела плечом. — Тут, наверное, без хитростей не обошлось. Может, она и тебя чем-то приласкала, что ты глаза закрыла.

— Ты всюду ищешь то, что в тебе самой покоя не даёт, — тихо произнесла Катерина Саввична. — Тебе лицо всё заслоняет. А я смотрю, какая душа стоит рядом с моим сыном. И вижу: ему с ней хорошо.

Ульяна фыркнула, покрутила пальцем у виска, но дальше спорить не стала.

София тем временем входила в посёлковую жизнь без шума и без попыток всем понравиться. Она не вмешивалась в разговоры, не говорила громче других, зато своё дело держала крепко. Кому давление измерит, кому перевязку сменит, кому терпеливо растолкует, когда и какие лекарства принимать. Рядом с ней старые люди не чувствовали себя лишними, а молодые матери переставали стыдиться своих страхов. Однажды и самой Ульяне пришлось идти к ней: спину скрутило так, что ни сесть, ни встать. София осмотрела её внимательно, назначила лечение, показала, как подниматься с кровати, чтобы не рвать больное место. Через несколько дней Ульяна уже ходила ровнее, но благодарность проглотила.

— Просто совпало, — сказала она потом соседкам. — Такое любой бы посоветовал…