Бывший решил остаться в моей квартире после расставания, не понимая, что его планы уже рушатся

— Оксаночка, выручила ты нас, золотая женщина! — объявил Демьяныч так громко, что его, вероятно, услышали двумя этажами ниже. — В гараже холод собачий, печка дымит, стены надо чинить. А ты, как законная хозяйка, разрешила нам месяцок по вечерам у тебя собираться. В тепле, при свете, по-человечески.

Назар моргнул. Его взгляд метнулся от Оксаны к Демьянычу, потом к незваным гостям. Баул под ногами мешал отступать.

Первым за Демьянычем протиснулся невысокий круглолицый мужчина в кепке. Он нёс перевязанный бечёвкой фанерный ящик; из него торчали горлышки больших стеклянных банок, где что-то мутное пенилось у самых крышек.

— Домашний напиток! — бодро сообщил он. — На сухарях настоян, крепкий, душевный. Только аккуратнее: крышки иногда выстреливают.

Следом вошёл длинный жилистый мужчина в старой куртке. Он держал связку сушёной рыбы такого запаха, что Галина Степановна машинально прикрыла нос.

Последним показался румяный усатый старик с потёртым баяном. Инструмент был старенький, но явно боевой: меха чуть расходились, будто баян заранее втягивал воздух перед атакой.

— Вы кто вообще такие? — сорвался Назар. — Куда вы лезете? Почему в обуви?

Демьяныч не ответил. Он двигался неторопливо, но неостановимо. Галину Степановну, пытавшуюся перекрыть проход к кухне, он обошёл с вежливым кивком. Остальные двинулись за ним.

Длинный мужчина, которого Демьяныч назвал Лукашевичем, достал из кармана свежую газету, развернул её поверх скатерти и бережно уложил рыбу. Круглолицый поставил ящик с банками на пол. Усатый баянист устроился возле окна и положил пальцы на кнопки.

— Мужики, доставайте домино, — распорядился Демьяныч, занимая стул, на котором ещё недавно сидел Назар. — Тарасыч, для настроения дай что-нибудь бодрое. А вы, уважаемая, — он повернулся к Галине Степановне, — не стойте без пользы. Стаканы нам где взять? Не из горла же культурным людям пить.

Галина Степановна открыла рот. Назар тоже. Но первым прозвучал баян — резкий, широкий, оглушительный аккорд, от которого в шкафу тонко звякнул фарфор… 👉👉👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» ниже👇👇👇