Корова перестала давать молоко и каждый вечер мычала на чердак. Хозяйка полезла наверх а там…
Полицейский записал показания деда Григория и бабки Дарьи. Дело против Олега росло на глазах, обрастая подробностями. Олег затравленно озирался.
Соседи у калитки уже гудели, качали головами. Кто-то крикнул: «Вон со двора, ирод проклятый!» Тот слух, что он пустил про сумасшедшую старуху, обернулся против него же.
Теперь вся деревня знала, кто здесь не в себе. Юрист сложил бумаги в портфель и тихо сказал Олегу: «Я в этом не участвую и вам советую вернуть, что отняли обманом».
А дальше покатилось. Раз вскрылась афера с Галиной, заговорили и другие старики, у кого Олег обманом выкупил дома за бесценок. Поднялись старые бумаги, нашлись свидетели, и махинации с землей у дороги всплыли наружу.
Все до единой, как на ладони. Позднее тот сосед из города дал показания, и за ним потянулись другие, обманутые, ограбленные, осмелевшие наконец сказать правду. Строительная фирма, узнав, что земля Олегу не принадлежит и дело может дойти до суда, разорвала с ним договор в тот же день, без жалости.
Через месяц он и вправду стоял, но не во дворе Галины хозяином, а в кабинете следователя, с серым, осунувшимся лицом. Тот самый человек в дорогом костюме, что грозил выселить вдову, теперь сам отвечал за обман, подлог и угрозы старикам. Олега увели к машине.
Он шел, сутулившись, и не было в нем ни лоска, ни спеси. Обычный, пойманный за руку обманщик. Позднее дома, которые Олег отнял обманом, по суду вернули старикам.
Кому дом, кому деньги. Справедливость хоть медленно, да добралась. Галине также вернули пропавшую пенсию и возместили стоимость поврежденного забора.
Все до мелочи, как она привыкла считать. После завершения разбирательств Галина стояла на крыльце своего дома, прямая, спокойная, и держала коробку, последний подарок Михаила, его защиту.
Соседи подходили, жали руку, кто-то плакал, кто-то смеялся, а Лидия обняла ее крепко. «Молодец, Галя, выстояла, родная».
«Спасибо вам, люди добрые». Галина поклонилась соседям в пояс. «Не дали в обиду».
Всем миром правду отстояли, как встарь. Старики кланялись ей и благодарили: ее упорство придало им смелости, и они смогли вернуть отнятое — свое. Галина осталась в своем доме, в том, что они с Михаилом строили бревно к бревну, под той самой балкой, где он упрятал ее спасение.
Деревня заговорила о ней с уважением. «Вот тебе и старуха: корова услышала, а нас всех от ирода избавила. Надо же, а!» На найденные сбережения Галина починила хлев, законопатила щели на чердаке и куницу прогнала.
Больше зверь в сено не лазил. Через несколько дней молока у Ромашки стало заметно больше, а вскоре она снова давала полное ведро густого, желтого от сливок молока, как прежде. Ветеринар Андрей, заглянув, осмотрел Ромашку и улыбнулся.
«Здоровехонька! И молоко вернулось! Чудо да и только, Галина Петровна!» — сказал Андрей.
Каждый вечер Галина выходила в хлев, прижималась лбом к теплому рыжему боку и тихо говорила: «Спасибо тебе, кормилица моя!»
Лидия, заходя на чай, все качала головой. «Это ж надо, корова тебя спасла! Чуяла беду, на чердак тебя привела, родная».
«Не корова». Галина улыбнулась. «Миша меня уберег, а Ромашка была его голосом». Галин двор снова зажил прежней жизнью.
Снова доилась Ромашка, кудахтали куры, и по вечерам в окнах горел теплый, спокойный свет. А слава о вдове, что коровьим чутьем да мужниной заботой одолела городского богача, разнеслась по окрестным деревням.
