Они были уверены, что останутся безнаказанными, пока однажды не исчезли в лесу
Раиса Николаевна быстро втянула его в квартиру, посадила на кухне и включила чайник. Она передвигала чашки, доставала заварку, поправляла скатерть, хотя всё уже стояло на своих местах. Максим не торопил её. Пока страшные слова оставались непроизнесёнными, между ними ещё сохранялась крошечная возможность, что он ошибся.
Галина Андреевна умерла через полтора года после его ареста. Сердце у неё болело давно, требовались постоянные препараты и регулярные обследования. Максим соглашался взять на себя чужую вину лишь потому, что Кирилл Гринюк, Роман Савчук и Денис Бондаренко обещали обеспечить мать всем необходимым. Они говорили о ежемесячной помощи, оплате лечения, сохранении квартиры и заботе об Оксане Романенко — его невесте.
Кирилл был сыном богатого застройщика и в ту ночь вёл машину в состоянии сильного опьянения. Роман разыскал Максима, изложил условия сделки и привёл уверенного адвоката. Денис находился рядом с Кириллом во время аварии, видел всё собственными глазами, но согласился молчать. Максим был обычным автомехаником без денег и влиятельных знакомых; против людей в дорогих костюмах, говоривших спокойными голосами, он чувствовал себя беспомощным.
Через месяц после приговора трое молодых людей действительно приехали к Галине Андреевне. Привезли продукты, оставили часть обещанных денег и заверили, что дальше выплаты будут регулярными. В тот день мать позвонила сыну и впервые за время заключения звучала почти бодро. Она просила не волноваться, говорила, что всё устроилось, и это оказался последний разговор, в котором её голос ещё не был сломлен тревогой.
Больше Кирилл и его приятели не появились. На звонки они сперва не отвечали, сообщения читали молча, а затем заблокировали номер. Раиса Николаевна делилась собственной небольшой пенсией, покупала продукты, иногда оплачивала самые необходимые таблетки, но этого было недостаточно. За полтора года Галина Андреевна четырнадцать раз обращалась в больницу и каждый раз отказывалась от лечения, которое не могла оплатить.
Раиса Николаевна несколько раз замолкала и отворачивалась к окну, стыдясь слёз, хотя стыдиться следовало не ей. Максим слушал, прижав ладони к столу, чтобы соседка не заметила дрожь. Каждая подробность разрушала удобную ложь, которой он защищался в заключении. Мать не перестала писать потому, что забыла или обиделась; у неё просто оставалось всё меньше сил.
Последняя запись в медицинской карте появилась за две недели до смерти. В ней было указано, что пациентка не согласилась на госпитализацию из-за отсутствия средств. Потом соседка этажом ниже заметила воду на потолке и вызвала помощь. Когда дверь открыли, Галину Андреевну нашли на кухне рядом с незакрытым краном: она упала, набирая воду в чайник. Врачи сказали, что всё произошло мгновенно, и Максим отчаянно хотел им верить.
Раиса Николаевна протянула ему конверт. Мать написала письмо за несколько дней до смерти, но отправить не успела. На бумаге стояло его имя; знакомый учительский почерк оставался ровным, хотя в линиях заметно дрожала рука. Максим спрятал конверт во внутренний карман, не решаясь нарушить его хрупкую целость. Письмо казалось опаснее любой гранаты: он понимал, что после прочтения уже не сумеет притворяться, будто внутри ещё что-то держится.
До кладбища он добрался на местном автобусе. Участок нашёл не сразу: вокруг лежал ровный снег, одинаковые дорожки терялись между рядами оград. Наконец среди белых холмов показался простой некрашеный крест. На небольшой табличке стояли имя Галины Андреевны Кравченко и две даты, между которыми поместилась вся её жизнь…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
