После смерти дочери зять отказался заботиться о внучках, но их спокойствие вскоре получило объяснение

Просто послушай.

— Это мама записывала на телефон. Я в скрытых файлах нашла.

Алла нажала на воспроизведение. Голос Раисы заполнил кухню — живой, знакомый до боли, с интонацией, которую Геннадий узнал бы среди тысячи. Она жаловалась на давящую боль в груди и просила возможности уйти с работы пораньше, чтобы попасть к кардиологу.

Начальство отвечало, что задача важнее.

На другой записи был домашний разговор. Илья говорил жене, что она преувеличивает, что обследование подождёт, что она всегда драматизирует, когда устаёт, и что нечего бегать по врачам из-за каждого покалывания.

— А вот тут смотри, что он в интернете искал, — Алла пролистала скриншоты. — Я всё сохранила, чтобы он не удалил. Он ведь прямо на рабочем компьютере это вводил, представляешь? Даже приватную вкладку не открыл, думал, самый умный.

— Подожди, — Геннадий поднял руку. — Ты хочешь сказать, он всё это время понимал, что с ней происходит?

— Дед, он не просто понимал. Он целенаправленно выяснял, насколько это смертельно. Вбивал в поиск, может ли остановиться сердце от перегрузки. И пока читал ответы, поворачивался к маме и говорил, что она всё выдумывает, что ей просто надо попить успокоительное.

Он не ошибался. Он ждал финала.

Геннадий закрыл глаза. Это было уже не равнодушие и не глупость. Илья искал информацию о том, что наблюдал у жены, знал, чем всё может закончиться, и продолжал перекрывать ей дорогу к врачу. Не потому, что не верил. Потому что ждал.

— И вот самое дно, дедушка.

Дарина открыла папку с перепиской из облачного архива.

— Его мессенджер. Он был уверен, что всё почистил, но облако помнит больше, чем он. Тут и про ту женщину с похорон, и про всё остальное. Почитай сам, как он о нас отзывался.

Фотографии с женщиной, которую Геннадий видел на похоронах. Она стояла чуть в стороне, ни к кому не подходила и ушла раньше всех. Совместные поездки, рестораны, гостиницы. И переписка.

Илья называл девочек балластом, шутил над Раисой, писал, что женщины, привыкшие тащить всё на себе, бывают полезны, пока организм не откажет. Обсуждал с любовницей планы на жизнь после того, как «разгрузится».

Одно сообщение Геннадий перечитал трижды.

Илья написал: «Она не отпустит. Сначала семью, потом, может, и тело. Я отпустил её за неё».

— Дед, ты чего замер?