Пропажа цветов с могилы жены казалась странной, пока камера не показала неожиданную правду

— Очнулся? — раздалось с лестницы.

Павел медленно повернул голову. В подвал спускалась Вероника. Она уже переоделась, собрала волосы, и выглядела так спокойно, будто пришла проверить забытый свет.

— Ты жива, — сказал он. Это было уже не удивление, а признание поражения. — Я похоронил тебя. Я ночами не спал. Ника, зачем?

Вопрос прозвучал нелепо даже для него самого. Он сидел связанным в подвале дома её любовника. Ответ был вокруг: в верёвках, в сырости, в боли, в её равнодушном лице.

Вероника усмехнулась.

— Потому что устала. Устала жить с человеком, который меня не ценит. Ты хотел, чтобы я улыбалась твоим друзьям, варила ужины, вытирала нос чужому ребёнку и изображала счастливую жену. А я не прислуга, Паша.

— У нас была няня. Была женщина, которая убирала квартиру. Я хотел семью. Обычную семью.

— Обычную? — она скривилась. — Для тебя обычная семья — это работа, приюты, помощь всем подряд, честность до идиотизма и разговоры о детях. Я выходила замуж за успешного мужчину, а получила скучного правильного человека, который не умеет брать от жизни ничего.

Павел смотрел на неё и пытался найти хотя бы черту той женщины, по которой плакал. Не находил. Перед ним была чужая, раздражённая, давно презирающая его Вероника. Он вдруг понял, что жил рядом с этой ненавистью годами и принимал её то за усталость, то за боль, то за сложный характер.

— Всё ради страховки?

— Ради денег и свободы, — спокойно ответила она. — Вероника, которую ты похоронил, официально мертва. У меня новые документы, новая жизнь. Руслан сейчас забирает то, что у тебя в сейфе. После этого мы уедем.

— А я?

Она посмотрела на него почти без выражения.

— Ты исчезнешь. Все решат, что взял деньги и сбежал. Никто не станет искать убийцу среди мёртвых…