Спас ДЕВУШКУ, не подозревая, КЕМ она была на самом деле

В руке мегафон. Его голос, искажённый электроникой, разорвал тишину. «Андрей, я знаю, что ты там.

Слушай внимательно. Мы уважаем упрямых людей, но не любим идиотов. Твоё время вышло.

Но Север сегодня в хорошем настроении. Нам не нужна твоя кровь. Нам нужны женщина, которая прячется за твоей спиной, и ключи от этого куска земли.

Открой ворота, отдай девчонку, забирай своих работяк и уходи. Даю слово, вас никто не тронет. Если нет — сожжём заживо.

Всех до единого. У тебя одна минута». Я не ответил.

Вступать в диалог с Шаманом — значит показывать слабость. Вместо этого поднял руку с рацией и дважды нажал кнопку передачи. Условный сигнал.

В ту же секунду Петрович, засевший на крыше сушильного цеха, дёрнул рубильник. Мощные промышленные прожекторы, которые мы заранее переставили и направили на въезд, вспыхнули ослепительным белым светом. Удар по глазам был такой силы, что нападавшие закрыли лица руками, отворачиваясь и пятясь.

Их преимущество в оптике испарилось. Теперь они стояли на ярко освещённой сцене, как мишени в тире, а мы оставались в полной непроницаемой темноте. Растерянность длилась всего несколько секунд.

Но на войне секунды решают всё. Шаман взревел, отбросил мегафон и махнул рукой. Воздух разорвался от грохота.

По фуре, перегородившей въезд, и по фасаду ангара ударил шквальный огонь. Пули со свистом рикошетили от толстого металла, впивались в древесину, выбивая тучи щепок. Мы вжались в укрытие.

Пол дрожал от непрерывной стрельбы. Они пытались подавить нас, заставить вжаться в грязь и молиться. Но охрана Оксаны состояла из профессионалов.

Они не стали палить наугад. Бойцы в камуфляже, занявшие позиции за штабелями брёвен, открыли прицельный ответный огонь из помповых ружей. Били по ногам, по нижнему уровню.

Раздались первые крики боли. Несколько нападавших попадали в грязь, хватаясь за простреленные колени. Строй дрогнул.

Они поняли: лёгкой прогулки не будет. Здесь их ждали ненапуганные лесорубы и организованная оборона. Шаман быстро оценил ситуацию.

В лоб фуру не пробить. Группа разделилась. Около десятка человек бросились в обход, пытаясь проникнуть через восточный сектор, где ограждение было самым слабым.

Там находился склад сырья. Огромные, в два человеческих роста штабеля свежеспиленных брёвен, стянутых толстыми стальными тросами. Я ждал этого.

Это была наша первая ловушка. Я быстро переместился вглубь территории, скользя между тенями. В наушнике рации раздался спокойный голос Оксаны.

Она сидела у мониторов видеонаблюдения, которые её люди успели наспех развернуть в ангаре. «Андрей, десять человек идут по восточному флангу, уже у крайних штабелей. Двигаются плотной группой».

«Принял», — ответил я шёпотом. Я подобрался к механизму сброса. Тяжёлый рычаг, удерживающий натяжение тросов на верхних рядах брёвен.

Рабочие заранее подпилили стопорные клинья. Я затаил дыхание, вслушиваясь в темноту. Слышал их шаги по хрустящему снегу.

Тяжёлое дыхание, приглушённый мат. Они шли по узкому коридору между двумя огромными деревянными стенами, уверенные, что подбираются к нам с тыла. Даже не подозревая, что идут прямо в пасть.

Когда их шаги поравнялись с моей позицией, я навалился всем весом на рычаг. Металл застонал, освобождая колоссальное давление. Резкий оглушительный щелчок лопнувшего троса…👉Продолжение, нажмите на кнопку "Вперед" под рекламой👇👇👇