Свекровь решила проверить невестку сразу после свадьбы, но вскоре поняла, что зашла слишком далеко

— А я… — Артем смущенно усмехнулся. — Я так вдохновился ее работой, что сам решил попробовать. Завтра премьера.

Валентина Павловна медленно села на край кровати. Теперь ей стали понятны и слова подруг, и документ “Свекровь и квартира”, и разговоры о том, что “после сегодняшнего будет сложнее”. Все было о пьесе. Не о ней. Не о настоящем преступлении.

София объяснила, что по сюжету невестка как раз пытается обмануть состоятельную свекровь, а Артем написал часть текста, опираясь на собственные страхи и семейные разговоры. Валентине Павловне стало так легко, словно с груди сняли тяжелый камень. Но к этому облегчению липла горькая стыдливость. Какие страшные вещи она думала о Софии. Как далеко зашла.

— Он ведь в детстве ходил в театральную студию, — вдруг сказала Валентина Павловна, глядя на сына. — И тут тоже моя вина. Я тогда решила, что это несерьезно. Что этим жизнь не построишь. Отговорила тебя.

Артем подошел ближе и крепко обнял ее. Он не плакал, но глаза блестели. София тоже улыбалась сквозь слезы.

— Поэтому я и боялся сказать тебе, чем хочу заниматься, — признался Артем. — Думал, ты снова решишь, что это глупость.

С этих слов ему вдруг стало легче. Больше не нужно было прятать свое желание, придумывать полуправду, откладывать разговор. Возможно, если бы он рассказал матери все раньше, не было бы этих ужасных подозрений. Но, может быть, тогда она и не приняла бы его выбор так ясно. Теперь Валентина Павловна не просто услышала правду — она увидела, до чего доводит страх, когда им пытаются управлять чужой жизнью.

— Но зачем продавать павильон? — спросила она после паузы. В ее голосе не было прежнего обвинения, только грусть. — Это ведь память об отце. Неужели нельзя было оставить его и совмещать?

Артем сел рядом.

— Я люблю папу и не собираюсь предавать его память. Но цветы не дают мне ни радости, ни заработка. Я хочу открыть школу актерского мастерства для детей. Для взрослых тоже, если получится. Пусть папино наследие станет началом чего-то живого. Не просто местом, где я каждый день чувствую себя чужим, а делом, которое будет приносить людям радость.

Валентина Павловна кивнула. Идея неожиданно показалась ей правильной. Ей даже почудилось, что муж одобрил бы такой поворот.

Она подошла к Софии и обняла ее крепко, по-настоящему…