Тигр застрял в болоте и ПЛАКАЛ!. То, что сделал лесник — НЕВЕРОЯТНО!…

У небольшого оврага, по дну которого торопился мутный ручей, он перепрыгнул воду и стал карабкаться по склону, цепляясь за корни. Наверху он остановился так резко, будто наткнулся на стену.

В грязи перед ним отпечатались огромные свежие следы. Не человеческие. Медвежьи. Широкие, тяжёлые, с глубокими отметинами когтей.

Шатун.

Остап почувствовал, как сердце на мгновение перестало биться. Медведь, не залёгший в берлогу к концу осени, был страшнее обычного зверя. Голодный, раздражённый, лишённый зимнего покоя, он не боялся ни огня, ни человека, ни другого хищника. Следы были совсем свежие, и вели они туда же, куда тянулся запах умирающего тигра. Остап присел, коснулся пальцами края отпечатка и увидел, что рыхлая глина ещё не успела осесть. Медведь прошёл недавно, неторопливо, уверенно, как хозяин, которому всё живое уступает дорогу. От этой уверенности было страшнее, чем от бега: шатун не спешил, потому что не сомневался в своей силе…